Светлана была на месте почти в шесть, небо уже зарделось зарей. После того, как они с Дмитрием официально стали парой, она почти никогда не носила одежду с глубоким вырезом, ибо муж слишком любил оставлять на ее теле засосы. Сегодня она была одета в черный пиджак поверх платья с цветочным принтом и бантиком, обвившимся вокруг горло, дабы прикрыть очередной красный след на шее.
Взяв сумочку, она вышла из машины:
— Можешь не ждать меня, я возьму такси домой.
Дмитрий угукнул:
— Звони, если что случится.
Светлана кивнула. Проследив взглядом за Дмитрием, который завел автомобиль и уехал, она затем только развернулась и зашагала в больницу. Зайдя внутрь, девушка обнаружила, что Стас уже тут как тут. Судя по все той же одежде, он вообще не уходил.
— Ты провел здесь всю ночь? — Светлана приблизилась к мужчине.
Стас опустил голову:
— Нет, возвращался домой.
Все из-за бабушки. Двое товарищей, отвечавших за ее высадку, как видно, побоялись, что вдруг с ней что случится — их обвинят в убийстве, поэтому просто отправили ее обратно в больницу. Поскольку бабушка нуждалась в покое, чтобы поскорее восстановиться после болезни, он решил отвезти ее домой. По крайней мере, там были слуги, который о ней позаботятся, да и в принципе всем так удобнее будет.
— Кира пришла в себя? — спросила Светлана.
Стас резко поднял голову, взглянув на нее. Глаза его были настолько красными, словно кто-то перекрасил его белки в алый, а из горла едва вырывались членораздельные звуки:
— Она не простит меня…
Светлана знала это, поэтому не удивилась.
— Я пойду к ней, — видя его таким убитым горем, девушка почувствовала толику сострадания, похлопав по плечу. — Ты тут мужчина. Кире намного хуже, чем тебе.
Потеря ребенка. Обезображенная внешность. С таким ударом мало кто способен справиться.
— Вместо того, чтобы стоять раскисать, лучше подумай, как ей это компенсировать, — Светлана специально это сказала, не желая смотреть, как он занимается саморазрушением. Бесполезно предаваться сожалению, если прошлого все равно не изменить. А в этом мире всегда сложнее всего избавиться от сожалений.
Стас поднял голову, посмотрев на нее долгим взглядом:
— Что мне теперь делать? — он действительно растерялся и был совершенно без понятия, кто он и что следовало делать. Перед глазами все еще стояла изуродованная ранами Кира. И эта сцена никак не хотела смываться с его сетчатки.
— Для начала иди домой и прими душ. Я присмотрю за Кирой, — ответила Светлана.
Стас все еще колебался:
— А вдруг она захочет видеть меня, пока я буду в другом месте?
— Ты правда думаешь, что после всего этого она захочет тебя видеть? — если бы не обезображенная произошедшим внешность, возможно, Кира согласилась бы на его визит, но сейчас она точно будет против того, чтобы встретиться с ним.
Если бы тоже самое случилось с самой Светланой, она бы ни за что не позволила Дмитрию увидеть себя такой. Поэтому девушка, как никто, разделяла чувства подруги.
— То, чем ты сейчас занимаешься — не искупление, а бесполезное самобичевание. Думаешь, так ты сможешь получить от нее прощение?
Стас в панике схватился за рукав собеседницы:
— Но что мне тогда делать? Как… как быть, чтобы она простила меня?
— Простила? — саркастически повторила Светлана. — Что бы потребовал ты, если бы оказался на ее месте?
И тут Стас потерял дар речи. Будь он на ее месте, никогда не простил бы виновника.
Светлана прекратила атаку колкими фразами:
— Просто иди домой. Я попробую убедить Киру.
Зная о дружественных отношениях между девушками, сейчас, когда Светлана сказала, что заступится за него, у Стаса в груди сильнее затеплилась надежда. Он искренне произнес:
— Спасибо тебе.
Света не стала продолжать этот разговор, поскольку в любом случае была на стороне Киры. Если подруга решит не прощать его, она не станет уговаривать ее.
Спровадив Стаса, она подошла к ресепшену, спросив у медсестры, можно ли посетить Киру. Та сначала спросила согласие у Киры, готова ли она встретиться с ней. Поскольку из-за сильного ранения эмоциональное состояние пациентки было крайне шатким, при любом взаимодействии с внешним миром работники обязаны были уточнять у нее, готова ли Кира встретиться с кем-либо, кто пришел ее навестить.
Светлана терпеливо ждала, но медсестра довольно быстро вышла из палаты, обратившись к ней:
— Вы можете войти, но попрошу Вас не говорить с ней слишком долго, максимум — минут десять. Она все еще очень слаба.
— Я поняла.
Затем работница отвела ее в раздевалку, где вручила специальный халат:
— Вы должны носить его поверх своей одежды при посещении реанимации, — объяснила медсестра.
Светлана взяла вещь, но так как многие, впервые надевая его, не знают, как правильно это сделать, медсестра помогла ей замотаться. Вскоре, с посильной помощью собеседницы, девушка была готова. Ее так сильно замотали в эту странную вещь не просто так: только таким образом можно было избежать попадания бактерий в отделение интенсивной терапии.
— Идите за мной, — обратилась медсестра.
