— Раньше только и умела, что макароны варить, но после того, как дети появились, потратила какое-то время, чтобы научиться готовить хоть что-то на скорую руку. И, как время появляется, готовлю им.
Мысль научиться готовить у нее появилась только после рождения детей. Она считала за счастье возможность готовить детям. Но из-за работы могла выделять только совсем немного времени, чтобы побыть с детьми, тогда-то и вставала за плиту.
Дмитрий расстроенно опустил глаза. Все эти шесть лет он не участвовал в жизни и воспитании своих детей, поэтому когда слышал, как она говорит о прошлом, всегда ощущал горькое разочарование. Мужчина бросил взгляд на настенные часы, спросив:
— Спать не хочется?
Честно говоря, Светлана уже ощутила нахлынувшую сонливость, поскольку ни на минуту не прикорнула после того, как ее разбудила Екатерина Алексеевна.
— Ложись первой, — Дмитрий заметил, что у нее уже глаза слипаются, поэтому не хотел, чтобы она и дальше просто так сидела тут и ждала его.
Девушка, поколебавшись, все-таки встала, обратившись к нему:
— Я тогда пойду наверх. Как поешь, просто поставь тарелки в раковину и…
— Окей, иди, — прервал ее муж.
Девушка поднялась в комнату, сходила в душ и, стоило только голове коснуться подушки, тут же провалилась в сон. Да настолько крепко, что даже не услышала, когда к ней присоединился Дмитрий. Лишь сквозь дымку сна она ощутила, как кто-то приобнял ее со спины. Подсознательно понимаю, кто, Светлана продолжила спать с ощущением безопасности и комфорта.
В это время Итон повел группу людей на ночные поиски, но пропажу обнаружить так и не удалось. Отверстие грота, куда скатились Стас и Кира, находилось в глубине, в скрытом от глаз месте, а сама яма была очень глубокой, так что даже если бы сверху раздавались крики и шум, до них эти звуки все равно бы не дошли. Разве что что-то очень громкое, вроде взрыва.
Прошла ночь. Телефон Стаса окончательно разрядился. Просидев целую ночь в гроте, они не перекинулись даже парой слов. Когда на горизонте встало солнце и в грот проник хоть какой-то свет, Стас приблизился проверить, как там Кира. Девушка, прикрыв глаза, сидела, прислонившись к каменной стене. Он подумал, что девушка спит, поэтому не решился тревожить. Но спустя довольно продолжительный промежуток времени Кира по-прежнему не размыкала глаз, поэтому Стас принялся ее звать:
— Кира?
Никакого ответа.
Он еще раз произнес:
— Кира?
Но девушка не подавала никаких признаков жизни. Стас медленно придвинулся к Кире. Протянув руку, он прикоснулся к ней:
— Кира…
Стоило только коснуться ее, как он тут же ощутил жар под ладонью. Он поспешно приложил руку к ее лбу. Горячий, очень горячий. Похоже, в какой-то момент у нее поднялся жар, а сейчас он был уже настолько сильным, что даже термометр не нужен, чтобы это понять. Иссохшие губы девушки начали трескаться.
Стас, приобняв ее, несильно похлопал по щекам, звал и тряс ее, но Кира никак не реагировала. Было ясно, что от жара она потеряла сознание.
Переволновавшийся Стас яростно закричал, в надежде, что кто-то сверху услышит и спасет их. Он кричал и кричал, пока окончательно не охрип, но никто так и не откликнулся на его призыв.
Кира сквозь затуманенное сознание услышала голос Стаса и хотела было открыть глаза, но силы покинули ее. Ей очень хотелось пить, а еще она дрожала от холода.
— Воды… пить хочу… — ее голос был не громче комариного писка, поэтому Стас сначала ничего не услышал. Только когда приблизил ухо к ее губам, смог понять, что она пыталась ему сказать.
Но там, где она находилась, не было ни капли воды. Помимо камней у них был лишь усыпанный сухими опавшими листьями пол, и на этом все. Стас даже представить боялся, что случится, если у девушки продолжится жар, а их так никто и не обнаружит. Если и дальше так ждать помощи от других, неизвестно, на сколько они тут застряли, а Кира в своем состоянии долго явно не продержится. В итоге мужчина осторожно опустил ее и, подойдя к месту, куда они упали, взглянув наверх. Но так как грот был кривоват, ему не удалось рассмотреть, что происходит наверху. Через единственную щелочку было видно только луч света, пробивавшийся в их темную обитель.
Взглянув на Киру, лежавшую рядом на боку, он еле слышно произнес:
— Я обязательно тебя спасу.
Если сам он не боялся смерти, то Кире ни за что не позволит умереть.
Стас тут же снял с себя рубашку и обувь, надеясь, что голая кожа при соприкосновении с каменной поверхностью пещеры сможет увеличить сопротивление, помогая ему взбираться. Поскольку грот был небольшим, он на глаз измерил расстояние и повернулся боком так, чтобы была возможность зацепиться обеими ногами и взбираться, держась за две стороны пещеры. Но как только он начал реализацию своего плана, обнаружил, что расстояние на каждом участке не было одинаковым. Чем выше он поднимался, тем больше становилась дистанция, так что в какой-то момент он был уже неспособен удерживать себя ногами с двух сторон, поэтому, в итоге, так и не добрался до верха.
