— Нет, давай зайдем, — Итон пошел вперед, указывая дорогу, а она следовала рядом, вместе с ним заходя внутрь.
Обычно в жилище холостяка царит беспорядок, потому что прибрать некому. Но квартира Итона была вполне чистой. В свободное время он сам прибирался — ему не нравилась грязь.
— К тебе домработница приходит убираться? — поинтересовалась Римма, опускаясь на диван.
— Нет, — ответил мужчина, наливая ей воды.
— Тогда кто наводит у тебя такой порядок? Ты сам?
— Я один, и вещей у меня немного, — отозвался Итон. — Все равно, что не прибираюсь. Пей.
Римма взяла стакан воды, встала и подошла к окну. В этом жилом комплексе большое расстояние между домами занимали зеленые насаждения, а ночной вид на высоком этаже — прекрасен.
— Неплохой дом.
— Друг помог выбрать.
Это место ему помог выбрать Стас, и оно действительно было неплохим.
— Итон, — Римма обернулась и посмотрела на него. — Примешь мои чувства? Ты мне нравишься.
— Римма… — Итон хотел все с ней прояснить.
— Итон, — девушка крепко обняла его за талию. — Ты мне нравишься. Не отвергай меня, ладно?
— Не надо так, — мужчина расцепил ее руки.
— Не отталкивай меня, умоляю, — Римма не ослабила хватку, а, напротив, обняла его еще сильнее. Пока она говорила, то лицом прижималась к его груди. — Ты же знаешь, сколько мне понадобилось набраться смелости, чтобы попросить папу поговорить с тобой об этом? Если ты откажешь мне, то не знаю, останется ли у меня достаточно репутации, чтобы смотреть людям в глаза. Ты отвергаешь меня из-за того, что я уже бывала замужем?
— Нет.
Итон пояснил, что у него просто нет чувств, и что его сердце никак на нее не реагирует, кроме как в момент, когда она его так обнимает, и ему кажется, что это слишком для друзей. Если бы она ему нравилась, то ее предыдущие браки не имели бы значения. Он не обращал внимания на такие вещи.
— Время позднее, тебе пора возвращаться, — Итон не знал, куда деть руки, дабы не задеть ее.
— Нет, не отпущу тебя, пока не пообещаешь мне, — сейчас Римму ничего совершенно не заботило, она не хотела опять сдерживаться, ей нужно было схватить этого мужчину, и неважно, какими методами, он нужен ей. Один раз она уже ошиблась, на сей же раз непременно его удержит.
— Римма, тебя не волнует, что ты мне не нравишься? — прямо спросил Итон. Он не знал, как с ней разговаривать, и мог только непосредственно высказать, что у него на сердце.
Тело Риммы словно окостенело. Для нее это был не маленький удар.
— Я верю в то, что чувства можно взрастить, — подняв голову, заявила девушка.
Про себя Итон задумался, а так ли это. Если да, то плохо с его стороны будет дурно вновь отвергать ее.
— Ладно, — сказал он, — обещаю тебе.
Римма не осмеливалась в это поверить: Итон так быстро согласился.
— Правда?
— Я не лгу, — кивнул мужчина.
Его серьезный вид показался Римме милым. Как она раньше этого не заметила? Если бы она пораньше узнала об этом мужчине, достойном любви, то, вероятно, у них уже были бы дети.
— Я вернусь и сообщу родителям, — светясь от счастья сказала девушка, ослабив хватку. — Ну, я пойду.
— Осторожнее на дороге, — кивнул Итон. — Провожать не буду.
— Ты не станешь уговаривать меня остаться? — сделав шаг, Римма замерла и посмотрела на него. Итон не нашелся с ответом. Да он и не понимал, зачем ее удерживать? Уже ночь, а они поужинали.
— Ты не оставишь меня переночевать? — с улыбкой произнесла девушка. Итон вновь молчал. — Да шучу я, а то вид у тебя такой глупый, — сказала она с легкой улыбкой. — Я пошла, ложись пораньше, — с этими словами она вышла.
Итон еще несколько секунд простоял на прежнем месте, не реагируя, после чего проводил ее до двери.
— Ложись-ка пораньше. Пока. — Стоя в дверях, сказала Римма. Итон кивнул и запер дверь.
После он все еще чувствовал себя так, словно грезил. Спустя продолжительное время он выдохнул. Он думал о том, что другой человек необязательно подошел бы ему так, как она. К тому же, с этой просьбой к нему обратился Соломонов. Если он откажет, то это будет выглядеть так, словно Итон оспаривает доброе имя начальника, который постоянно о нем заботился. А еще он почувствует себя неловко. Как бы то ни было, нельзя всю жизнь провести в одиночестве.
Плюхнувшись на диван, Итон чувствовал, что успокаивал себя такими мыслями. Налив стакан воды, он выпил его залпом, говоря сам себе:
— По факту, Римма тоже очень хороша, я давно ее знаю. Невелика будет разница, наверное, если мы станем вместе жить.
Вдруг он улыбнулся и шлепнул себя по голове — он все еще занимался самоутешением.
Едва встало солнце, как Итона разбудил звонок Стаса. Стоило ему ответить, как последний тут же закричал:
— Итон, у меня к тебе дело!
— Какое? — у только что проснувшегося Итона голова пока была словно в тумане.
— Мы с Кирой помирились.
Итон через телефон ощутил восторженное настроение друга.
— Поздравляю, — прокряхтел он.
