- А и правда! Оставайся дома! А я попрошу Чимина-оппу сфотаться со мной на фоне Катуни. Должно же у меня хоть что-нибудь остаться на память о нем! – и она мечтательно прикрыла глаза и расплылась в предвкушающей улыбке.
Снаружи раздался голос матери:
- Девочки! Помогите мне собрать на стол!
И сестры поспешили на улицу.
Парни, оказывается, уже успели натаскать воду из колодца и наполнить огородные бочки. И принесли стол и табуреты. Айсулу захватила из аила чистую скатерть и теперь расстелила на столе, придавая трапезе вид торжественный и многозначительный.
Парни толпились у умывальника – все трое, и Шуну не отставал от старших – и мыли руки, со смехом переговариваясь.
Айсулу закусила нижнюю губу, мысленно запретив себе смущаться, и пока ей это удавалось вполне успешно. Девушки быстро накрыли на стол, и мать семейства пригласила всех завтракать. Едва они расселись за столом, как на дороге раздался топот копыт, и у калитки остановился всадник.
- Мерген! – радостно воскликнула хозяйка. – Как вовремя!
Младший сын выскочил из-за стола и кинулся к отцу, принимая поводья лошади. А жена уже несла еще одну тарелку и приборы. А потом спросила зашедшего во двор мужчину:
- Все нормально?
- Да, конечно! – ответил тот. – Сменщик отпустил на выходной. В бане помыться.
- Вот и хорошо, - довольно воскликнула жена. А парни и девушки уже поднимались на ноги, приветствуя главу семьи.
Чимин уважительно поклонился, и Мегедеков-старший улыбнулся ему:
- Привет, парень! Как – нравится тебе у нас?
- Да, дядюшка! Очень нравится! Спасибо!
- Вот и хорошо! Гости, сколько хочешь!
Кореец поклонился еще раз и улыбнулся. И Айсулу засмотрелась на него – такой он в этот момент был красивый! Просто глаз отвести не могла. Пока рядом не раздался тихий шепот Эркелей:
- Сестра! Что с тобой?
Девушка сморгнула, покачала головой и отвернулась.
Все снова уселись за стол, и табунщик начал расспрашивать молодежь, что они уже успели показать гостю.
Аржан с готовностью отвечал, а потом добавил:
- А сегодня, отец, хотим поехать в Чемал, на Патмос. Покажем Чимину Катунь, подвесной мост…
- Правильно, хорошая задумка, - одобрил мужчина. – А как поедете?
- А я заказал такси на «БлаБлаКаре». Он из Усть-Кана приедет за нами и повезет в Чемал.
- Ох, сынок, а деньги-то? – воскликнула мать, но ответил не Аржан, а Чимин:
- Тетушка, мы уже договорились, что заплачу я!
- Как же так? Нет-нет, Чимин, ты что! Так нельзя! Ты – наш гость!
- Вот именно поэтому, тетушка! Должен же я как-то отплатить за ваше гостеприимство! Мне и так неловко, что живу у вас на всем готовом!
- Так что такого? Так и должно быть!
Но Чимин с мягкой улыбкой сказал:
- Нет, тетушка, позвольте, я все-таки сделаю это. И мне самому приятно сделать что-то для моих друзей, - и посмотрел прямо на Айсулу.
Та тут же опустила взгляд с тарелку.
- Кто поедет? – спросил отец.
- Мы с Чимином и девчонки, - ответил Аржан, и тут Айсулу быстро сказала:
- Я не поеду.
- Почему? – удивился брат. – Ты же там еще не была?
- Вот именно, доченька, - подхватила мать.
- Нет! Я…собиралась порисовать, - на ходу придумала девушка.
- Так вот и порисуешь на Патмосе! Там с моста такой вид на Катунь открывается – просто загляденье! – сказал отец. – Так что поезжай, не раздумывая! Сможешь прекрасные наброски сделать, а потом и картины нарисуешь.
Девушка не нашлась, что ответить на это. Не привыкла она как-то перечить родителям. Уважение к ним было с детства привито детям в их семье, да, впрочем, и в других алтайских семьях. И до самого конца завтрака сидела, не поднимая глаз, не принимая участия в общей беседе. Но прямо кожей чувствуя на лице взгляд Чимина.
10***
Чимин
После завтрака они стали собираться: Аржан созвонился с водителем и сообщил, что тот скоро подъедет. Мать напомнила ребятам, чтобы они на всякий случай взяли куртки – а то пойдет дождь, как в прошлый раз, и снова промокнут до нитки.
Первой собралась Эркелей. Она выскочила из аила, уже полностью одетая, с легкой джинсовой курточкой в руке, в кепке, надвинутой на глаза, и звонко воскликнула:
- Я готова!
Потом из дома вышли парни, оба в джинсах с драными коленями и футболках. У Чимина на талии – сумка с телефоном и деньгами, на носу – очки, неизменный приборчик переводчика – на шнурке. Светлые волосы прикрыты шляпой. На плечи наброшена светло-серая худи – рукава свешиваются вперед. У Аржана через плечо легкая голубая ветровка, на голове бейсболка.
Последней показалась из аила Айсулу. Девушка была в узких джинсах-скинни, поверх простой белой футболки – тонкий вязаный кардиган светло-бежевого цвета с крупным узором, на плече – матерчатая сумка, в которую она положила телефон и свой альбом с карандашами – все-таки вынула его из тайника. На голову девушка повязала бандану в стиле «милитари», почти полностью закрыв лоб. Молча подошла к остальным и остановилась рядом.
- Он вот-вот должен подъехать, - сказал студент. – Подождем здесь.
И правда, вскоре на дороге показалась белая «тойота». Остановилась у калитки Мегедековых, и водитель посигналил.
