Он крепче обнял ее, слов не было. Любить прекрасно, но в их случае это самое опасное, что могло случиться. Саид молча думал, и его мысли бежали уже наперед, решая самый сложный вопрос в жизни. Легче отклонить РУДы вперед, поднимая самолет обратно в небо, минуя смерть.
Потом они неспешно шли к отелю по темным улочкам Афин, держась за руки, боясь хоть на секунду их разнять. Здесь это не карается законом.
– Ты мне не рассказал, что случилось по прилете в Дубай из Лондона. Хотя я видела самолет, перегородивший нам путь… – Вирджиния резко остановилась, потянув его за руку. – Кто виноват?
– Идет расследование, но виноваты два человека: диспетчер и диспетчер.
– Два диспетчера? – удивилась она.
– Один вел нас, второй – другой борт. Несплоченная работа. Но на самом деле виноват начальник аэропорта Асад бен Надир, который набрал штат таких работников.
Саид улыбнулся и резко притянул Вирджинию к себе:
– Тебе это не надо знать, ты же женщина.
Кажется, он объявил войну всему миру. Амина от радости прыгает на диване и радуется, что вследствие разборок она не выйдет замуж за сына Асада. Мухаммед недовольно подкладывает бумаги Саиду о закрытии дела с авиаинцидентом. А теперь еще добавилась любовь к христианской девушке, и это предел.
– Иногда мне хочется навсегда уехать из Дубая, купить уютный домик где-нибудь на небольшом острове с маленькой взлетно-посадочной полосой…
– С красными цветами возле дома и с белым забором.
Он удивленно на нее посмотрел: ее взгляд был направлен в сторону, она произнесла эти слова машинально, возможно мысленно находясь на том острове.
– Да, много красных цветов, весь двор. Пусть будет белый забор.
Они пришли к отелю слишком быстро. Расставаться не хотелось, но автобус уже ждал экипаж у входа.
Они молча стояли за углом, наблюдая за ним, не разжимая рук.
– Хайяти, – нарушил молчание Саид, – отпусти мою руку, и я уже пойду.
Она улыбнулась, крепче сжав его ладонь, не желая исполнять его просьбу:
– Не могу.
Теперь улыбнулся Саид:
– В таком случае пусть летят без капитана.
Она выпустила его ладонь, и он тут же обнял ее, целуя в шею, вдыхая ее запах. Хотелось надышаться до следующего рейса. Но как назло, его помолвка портила все планы.
– Когда я увижу тебя? – Тихий шепот коснулся его слуха, и Саид сильнее прижал девушку к себе:
– Я сам найду тебя.
Саид отстранился, но руки по-прежнему касались ее лица:
– Вирджиния, я хочу, чтобы ты знала: я люблю тебя, и ничто и никто не посмеет убедить меня в обратном. Что бы ни случилось, помни это.
Он ушел, а девушка осталась стоять одна в темноте. Они не могут показаться на людях вдвоем. Если Арчер увидит – поднимет крик, расскажет родителям. Нельзя дать ему повод.
Она присела на ступеньку и улыбнулась, все еще не веря в то, что произошло. Разве такое бывает? Сейчас она счастлива, хочется закрыть глаза и повторить все, что случилось. Снова и снова… Бесконечно.
Сейчас она счастлива! Только сейчас! Потом будет горько оттого, что Саид следует традициям своего народа и велению своего отца, – он женится. Но это будет потом… Впереди еще два месяца рая.
Джек Арчер выпил рюмку метаксы[13], поморщился и поставил на стол. Милена сидела рядом и наблюдала. Она тоже поморщилась, как будто сама ее выпила. Но в ее руках была чашка кофе. А рядом мужчина, который начал задавать не самые корректные вопросы…
– Как вообще сложилось, что такая красотка воспитывает сына одна? У Ричарда есть отец?
– Есть. Если знаешь, дети получаются от двух разнополых людей.
Джек кивнул. Хотелось выпить еще, но нельзя – он пилот. Джек откровенно пялился на грудь девушки, и она поежилась от этого взгляда. Как будто глазами раздевал ее.
– И где он?
Милена хитро улыбнулась, поставив чашку на блюдце. Она не промахнулась, и руки больше не дрожали. Просто отлично.
– Наши пути разошлись так же внезапно, как и сошлись. Связаться с ним было самой большой ошибкой в моей жизни, но он оставил мне замечательный подарок – сына, а значит, я не должна жалеть о знакомстве с ним.
Арчер кивнул. Она сказала неопределенно, не называя имени и не раскрывая обстоятельств. В принципе ему было все равно. Главное, что Милена не страдает и не скучает по тому человеку, не плачет по ночам в подушку, жалея себя, и не держит зла на всех мужчин. Путь свободен.
– Я обещал Ричарду аквапарк «Вайлд Вади»…
– Он готов проводить там время с утра до вечера, не стоит идти у него на поводу, – прервала его девушка.
Сейчас Милена снова показалась ему закрытой и неприступной. Женщиной, которая боится снова оказаться обманутой мужчиной. На секунду ему стало жаль ее. Но лишь на секунду.
– Если я что-то обещаю, то выполняю.
Она удивленно подняла бровь и тут же рассмеялась:
– Я надеюсь, что лгать детям не входит в твои планы. Кстати, раз уж ты решил узнать все про мою жизнь, я хочу ответить тем же и задать свой вопрос. Он будет единственным, и я больше не посмею спросить тебя о чем-либо.
– Задавай. – Джек все-таки налил себе в рюмку еще метаксы и тут же осушил ее. – Я отвечу на любой.
Она смотрела на него расслабленно, изучая каждое движение, не видя его волнения:
