Как сложно оказалось сделать простой миксер! А я ведь так хотела помочь Арвете. Всю зиму мы с Иваром придумывали этот аппарат. Затык оказался в крутящемся элементе. То он недостаточно хорошо крутит, то, как сейчас, так крутит, что улетает в космос. Нет, это не дело, если миксер в руках каждый раз будет взрываться. Это вообще не мирный предмет бытового назначения, а оружие массового убийства какое-то получается. Надо будет все же…
— Астра! — слышу я строгий голос и замираю, пытаясь слиться с черепицей. — Я знаю, что ты там! А ну слезай! А то я залезу, и вот тогда тебе точно не поздоровится…
Ох-хо-хо! С Льереном, когда он в таком гневе, лучше не спорить. Подползаю к краю. Ну да, вот же он стоит, во всей красе. Полы серого сюртука раздувает ветер. Из-под черных волос двумя синими кристаллами сверкают глаза.
— Слазь немедленно!
— Да я только…
— Слазь тебе говорят!
Просто Домострой какой-то.
— Я тут случайно… — начинаю врать на ходу я, медленно спускаясь по лестнице, но Льерен решительно сдергивает меня где-то с середины, ставит на ноги и разворачивает к себе.
— Астра! Ополоумела? Я строго-настрого запретил тебе заниматься разными опасными экспериментами до родов. А лазать по крышам вообще безумие!
Из-за угла дома выглядывает встревоженная Арвета, и я догадываюсь, кто меня сдал с потрохами. Ну да, приставил ко мне соглядатаев: то Лилия через день приезжает, то еще кто… Думала, сегодня хоть ускользну, но не тут-то было!
— Я пока пойду, — мнется Ивар, торопливо кланяется и удаляется, провожаемый прищуренным взглядом Льерена.
Нет, ну мы уже полгода женаты, я даже его ребенка жду, а он все равно ревнует меня к каждой особи мужского пола. И это при том, что у Ивара уже и невеста своя имеется.
— Льер, посмотри на меня!
Льерен нехотя отводит взгляд от бедного парня, торопливой рысцой бегущего на выход из сада. Он смотрит на меня, и его взгляд смягчается.
— Звездочка! — с упреком говорит он мне. — Я тебя точно к своей ноге на цепь прикую. Ты же не даешь мне работать. Я как на иголках. Только и думаю — что ты еще учудишь!
— Ну может, была не права, что полезла на крышу, — легко соглашаюсь я.
Обвиваю шею Льерена руками, виновато хлопаю ресницами и ощущаю, как муж размякает. После нескольких месяцев проб и ошибок я нашла-таки ключик к своему суровому магу и без всяких зазрений совести этим пользуюсь.
— Ладно, пойдем обедать, — уже спокойно говорит Льерен. — Раз уж я все равно со службы раньше пришел.
Муж нежно целует меня и прикладывает руку к животу. Ага, это он так сканирует малыша. Вот уже два месяца, с тех пор как я огорошила его этой новостью, Льерен только и делает что проверяет, в норме ли наш ребенок.
В марте я мялась две недели, уговаривая себя, что мало ли какие бывают задержки, может, я дни перепутала, и вообще… Но Льерен, который все последние дни наблюдал за мной внимательно, не выдержав, сам повел этот разговор.
— Астра! Мы же договорились ничего друг от друга не скрывать! — строго начинает он, посадив меня к себе на колени.
— Ну, тут такое, женское… — мямлю я.
— Женское, мужское… Говори!
Я смущенно отвожу глаза и начинаю заплетающимся языком что-то объяснять. Глупо как! У них же тут ни тестов нет, ни УЗИ.
— Тише, Звездочка! — останавливает мое сбивчивое лепетание Льерен.
Прикладывает руку к моему животу и закрывает глаза. А я их, наоборот, раскрываю во всю ширь. Муж сидит так несколько минут, так что я уже начинаю смущенно ерзать, потом открывает затуманенные глаза.
— Ну вот, — говорит он, улыбнувшись, — теперь у меня будет две Звездочки.
— В смысле?
— Во всех смыслах, — смеется Льерен. — А если она еще и переймет твой непоседливый нрав, то точно придется бегать за ней по всей галактике.
— Она? За ней?
— А ты кого хотела? — притянув меня к себе, интересуется Льерен.
Ой божечки-божечки! Да я вообще никого не хотела. Кроме котенка. Или этого, на кальба похожего. Ну, в прежней жизни учиться собиралась, карьеру там строить… Здесь магазин только собиралась открыть. А тут такая новость! Да и страшно, к тому же. У них же тут отсталая медицина. А у нас раньше каждая вторая женщина умирала во время первых родов.
Муж явно читает в моих глазах весь калейдоскоп чувств, потому что крепко прижимает к себе и начинает успокаивать.
— Ну ты что, Звездочка? Все будет хорошо. Я за ребенком наблюдать буду до родов. Да и за тобой тоже, а то мало ли ты что учудишь.
— Я боюсь, — слезы уже набегают на глаза.
— Ну прекрати! Я с тобой буду каждую секунду. И в нужный момент тоже. Даже сделаю так, чтобы тебе особо больно не было. Я же маг, забыла?
Он гладит меня по голове и уговаривает не меньше часа, пока я окончательно не успокаиваюсь и не свыкаюсь с переменами в моей только-только устоявшейся жизни.