Стол накрыт на пятерых. Граф садится во главе него. Лилия по правую руку. А Тиэрен занимает место напротив, по левую руку от отца. Усаживает меня рядом с собой. Двое слуг подходят, поднимают кресло с Марсием и несут к столу. И я вдруг догадываюсь — Марсий не может ходить. На память приходит рассказ Льерена, и я холодею от догадки: неужели это тот самый друг мага, который стал инвалидом в результате неудачного эксперимента? Я смотрю на мужчину с жалостью. И бросаю сочувственный взгляд на Тиэрена. Как он вообще может общаться с человеком, причиной беды которого стал? Но они ведут себя как ни в чем не бывало. Улыбаются друг другу, Тиэрен передает Марсию блюда, они обмениваются шутками. Может, я ошибаюсь насчет этих двоих?
— Откуда твоя невеста, Льерен? — слышу я, вздрагиваю, и едва не давлюсь очень вкусной сочной уткой, запеченной с яблоками и капустой.
Мой будущий свекор нарочито игнорирует меня и во время всего обеда обращается только к Тиэрену, Марсию или жене. Лилия каждый раз при этом кривит губы, и в ее глазах вспыхивает усталое раздражение. Взглядом она словно посылает мне извинения. И я сдерживаюсь. Моя будущая свекровь мне нравится. Еще в прошлый раз понравилась. Но тогда я даже не представляла себе, с кем разговариваю.
— Астра из Залифа, — ровным тоном говорит Тиэрен.
Забавно. Когда маг столкнулся в прошлый раз с отцом как Льерен, он едва не воспламенялся при каждом слове. Но Тиэрен может похвастаться стальной выдержкой: он полностью держит себя в руках, не поддаваясь на подначки и провокации.
— Астра. Красивое имя, — говорит Марсий и спрашивает у меня: — Какое-то местное залифское имя, не так ли? А что оно означает?
— Звезда, — охотно говорю я.
Марсий тоже производит на меня хорошее впечатление. В принципе, кроме моего свекра, все подчеркнуто предупредительны ко мне.
— Морская или небесная? — улыбается Марсий. — Хотя вы, наверное, можете светить с любой глубины, будь то пучина моря или бескрайняя гладь неба, дорогая Астра.
Я смущаюсь от комплимента.
— Я так понимаю, что приданого нет и в помине? — ворчит свекор.
Лилия посылает мне предупреждающий взгляд, и я снова поджимаю губы.
— Я слышал, — отвечает вместо него Марсий, — что наша дорогая Астра навела шороху в городе. Все только и говорят об умелой мастерице и о сапогах, которые она…
— Что? — рявкает граф. — Льерен! Ты женишься на сапожнице? Дожили! Виконт Мирчеллий берет в свой дом ремесленницу! С черными от вара руками и с дратвой в руках вместо вышивания.
— Астра — талантливый художник и артефактор, — парирует маг.
Я отодвигаю от себя тарелку. Хоть я и не ела с самого раннего утра, да и по дороге успела нагулять себе аппетит, есть мне совершенно расхотелось.
— Астра, детка, я покажу тебе наш замок, — решительно говорит Лилия, откладывая вилку. — Предоставим мужчинам пообщаться в своем обществе, — в ее голосе смесь язвительности и упрека.
Свекор буравит меня взглядом, когда я встаю изо стола, и демонстративно остается сидеть. Видя, что жена тоже поднимается, он нехотя отрывает свой зад от стула, помогая ей встать. Мой стул отодвигает Тиэрен.
Лилия берет меня под локоть и уводит из комнаты.
— Не обращай внимания на этого старого дурака, — извиняется она, когда мы выходим из обеденного зала. — И не принимай на свой счет.
— А на чей же мне принимать? — задаю я закономерный вопрос.
— Виррод зол на Льерена, — говорит Лилия. — Он злопамятен и упрям. И ему нелегко простить человека, хоть раз оступившегося.
— А что случилось? На что он сердится?
— Давай оставим тяжелые страницы прошлого на потом, — вздыхает Лилия. — Ты все узнаешь со временем, Астра, раз стала частью семьи. Но давай не сегодня. Я так хочу немного отдохнуть душой, порадоваться за своего мальчика, полюбоваться на свою красивую будущую дочь.
У меня выступают слезы на глазах. Я отворачиваюсь и украдкой вытираю лицо рукавом. Лилия, если и замечает это, тактично делает вид, что ничего не увидела.
— Давай покажу тебе нашу фамильную галерею, — увлекает она меня за собой. — Как ты уже знаешь, художники в Гросте очень редки. Каждая картина на вес золота. Случись в Замке-на-горе пожар, первым бы граф Мирчеллий побежал спасать эти портреты. Так что я начну экскурсию именно с них.
Я улыбаюсь. Во всех мирах одно и то же. Будь у меня обычная земная свекровь, она бы стала показывать фотоальбом своего сына. Малыша в ползунках, трехлетку, перемазанного зеленкой во время ветрянки, стоящего на линейке с букетом гладиолусов первоклашку и так далее и тому подобное. Что-то покажет мне Лилия сейчас?
Галерея
Мы минуем пару залов и оказываемся в библиотеке. Тут стоят шкафы, полные книг, а между ними около дюжины портретов, расположенных в строгом порядке.
— Прапрапрадедушка нынешнего графа Мирчеллия, — Лилия показывает мне на портрет немолодого мужчины с высоким лбом, испещренным морщинами. — Ацермий Мирчеллий. Был светлым магом. Хотя по большей части в этом роду все же рождаются темные. Кровь такая, знаешь ли. Знаменит тем, что создавал различные метки.
— Что за метки?