— Так-то так, — не соглашается служанка. — Но родные и друзья должны знать. Кого звать будете?
— Мать. Марсия, — не задумываясь, говорит Льерен. — Надо бы зайти и позвать его.
— Я могу это сделать, — предлагаю я. — Мне не трудно. И Марсий мне очень понравился.
— Хорошо. Наверное, своих парней позову. А больше и некого.
— Можно я Зоулию позову? С мужем? — прошу я.
— Это которая шляпница?
— Да?
— Почему и нет, — улыбается Льерен. Встает, наклоняется и целует меня в губы. Потом подмигивает и уходит на службу.
— Вот что девочка! — басом внушает мне Арвета. — Иди-ка ты к портнихе и закажи ей красивое свадебное платье. Только дату не говори. И о деньгах не думай! Не твоя это проблема. Ты и так, как пчелка, тут вьешься.
Я радостно соглашаюсь.
Утро у меня посвящено лестралю. Я сижу и зубрю новые руны. Но мысли то и дело убегают в сторону. Свадьба! Это же такое важное событие. Если повезет, то будет один раз в жизни. И не говорите, что платье, цветы и торжественная церемония не важны. Еще как важны! Мне, по крайней мере. Я откладываю перо и бегу отмывать руки от чернил. Потом торопливо покидаю дом.
С госпожой Вильмой мы обсуждаем платье два часа. Разглядываем образы тканей, долго выбираем фасон, прикидывая прямо на мне, как платье будет выглядеть. С меня еще раз снимают мерки.
— Ну и красавица же вы будете, госпожа Астра, — говорит Вильма. — Малена от зависти волосы себе все вырвет.
Мы понимающе хихикаем. Потом переходим к обсуждению непромокаемых тканей для плащей и другой верхней одежды. Портниха показывает мне наброски моделей, и мы с ней с удовольствием обсуждаем их.
Я спешу к моей любимой Зоулии, но по дороге меня перехватывает сапожник, который, словно карауля меня специально, выскакивает из дверей лавки.
— Госпожа Астра! — умоляюще просит он. — Там большую партию сапог привезли. Будьте уж любезны, раз вы мимо тут случайно проходили.
Ну как ему отказать? К счастью, зачарованная краска и кисть всегда со мной в поясной сумочке, поэтому я улыбаюсь, захожу в лавку и застреваю там еще на длительное время.
Когда я добираюсь до Зоулии, то вижу извозчика у дверей лавки и мою шляпницу, которая на пороге дает последние указания мужу, держащему на руках малютку. Сын держится за штаны отца и пытается, приседая, что-то разглядеть под низом экипажа.
— Астра! — радуется Зоулия. — А я уже тебе записку посылала домой. Ждала до последнего. Мне адрес той кружевницы наконец дали точный. Я срочно еду. Ты со мной?
— Не поздно? — уточняю я, глядя на солнце, клонящееся к вечеру.
— Успеем дотемна, — уверенно говорит Зоулия.
Я машу рукой малышу и прыгаю вслед за шляпницей в повозку.
— Ты уверена, что это здесь? — спрашиваю я у подруги, пытаясь увидеть прячущийся за деревьями дом. Летом его, наверное, совсем не видно за листвой деревьев, но сейчас темная избушка проглядывает сквозь стволы.
— Ты нас привез туда, куда надо? — интересуется Зоулия у возницы.
Мужчина, прячущий обветренное лицо в шарф, недовольно бормочет:
— Куда просили, туда и привез.
— Странно, — говорю я, — над крышей нет дыма.
— Действительно, — недоумевает Зоулия и обращается к вознице: — Жди нас!
Тот кивает.
Мы идем по едва заметной тропке к дому.
— Такое чувство, что здесь редко ходят люди, — замечаю я.
— Ну так, может, хозяйка в лес ходит, а этой дорожкой не пользуется, — неуверенно предполагает Зоулия. — А дом вообще стоит вдали от другого жилья. Но раз уж приехали в такую даль, надо хоть в дом зайти.
— Надо, — соглашаюсь я.
Но дом мне тоже категорически не нравится. Приземистый, с темными окнами. На пороге лежит свежеопавшая листва.
— Здесь вообще живет кто-нибудь? — беспокоюсь я. — Такое чувство, что дом заброшенный.
Я дергаю за ручку, и хлипкая дверь, на удивление, легко открывается. Мы с Зоулией переглядываемся и входим с опаской в дом.
Прихожая маленькая и темная. Тогда я открываю дверь в другую комнату. Она большая и без потолочного перекрытия. Крышу поддерживают толстые балки, стоящие посередине. Я переступаю порог. Зоулия медлит, тревожно вглядываясь в сумрак.
— Тут, кажется, действительно делали кружева, — говорю я и делаю пару шагов к столу, на котором лежат коклюшки.
Я успеваю услышать шорох под тряпкой, лежащей на полу, заметить краем глаза что-то, поблескивающее сталью, и вдруг стремительной змеей ко мне ползет цепь, а через секунду я чувствую ледяной обхват на своей щиколотке.
Я вскрикиваю, испуганно отскакиваю в сторону, но пробегаю лишь три шага и падаю на пол, дернутая за ногу.
— Что это, Зоулия?
Испуганная женщина подбегает ко мне и приподнимает с пола цепь.
— Боги, Астра!
Мы с ней разглядываем защелкнувшийся на моей ноге железный браслет, от которого идет толстая цепь. Пытаемся заполошно снять его. Зоулия дергает цепь, но та приварена к толстому стальному обручу, надетому на столб.
— Я слышала о таком, — голос у Зоулии дрожит. — Ловушка для воров. Ставят такую в доме и зачаровывают на чужаков. Первый, кто войдет в дом, попадает в капкан. Но вещь редкая и дорогая. Каждый раз надо заново зачаровывать.