Хамза все дни был поглощен работой. Развивая собственное дело, у него оставалось мало времени на свою жизнь. Он привык к этому. Но если ранее все мысли были забиты работой, то сейчас в них нередко мелькало милое лицо. Хамза не просто старался уделять девушке свободные часы, он выделял их для нее намеренно, понимая, насколько ей, столь хрупкой, необходимо внимание. Она нуждалась в эмоциях, чувствах, в проявлении которых он был скуп. Джаннат никогда даже не заикалась об этом, но Хамза умел читать ее по глазам, говорящим пуще самых душевных речей.
Их отношения развивались плавно и равномерно. Встречи не могли проходить часто, но вечерние разговоры возмещали многое. Хамза заметил, что сильно привязался к Джаннат, глупо было бы отрицать. Он впервые питал к кому-либо теплые чувства, ощущал необходимость присутствия человека в его жизни и желание обладать всецело чужой душой.
В один из дней Хамза выразил свое желание встретиться, но Джаннат была вынуждена отказать из-за семейной поездки в горы. Он не огорчился, потому что внезапно одна мысль пришла ему в голову, но делиться с девушкой не стал. Выведав у нее точное место, он проложил свой путь в высь. Джаннат, делясь фотографиями бескрайних просторов, своим восхищением, очередной яркой эмоцией, не подозревала о свершении Хамзы. Он лишь тепло улыбался, вбирая в себя каждое ее чувство.
В темных очках, летней белой футболке и светлых брюках, Хамза вышел из машины, оглядываясь по сторонам. Не мог не удивиться тому, насколько прекрасны творения Создателя, столь неповторимые в своем виде. Дух захватывало при виде молчаливых великанов, пронесших всю боль и радость сквозь века. Пики то и дело соприкасались с густыми облаками, продолжая смотреть в даль сквозь их пелену. Кровавые земли не были обжиты человеком, что придавало им еще большей таинственности. Полный неугасаемого восхищения, Хамза, зная о прибытии нужного ему человека, лениво огляделся по сторонам. Сердце пробило череду ударов, а кровь забурлила по венам, как только взгляд его зацепился за Джаннат, которая с задумчивым видом смотрела в даль, обнаружив там ведомую лишь ей красоту и силу, и не обращал а внимания на редко проходивших мимо людей. Недалеко от нее проходилась девочка чуть младше. Хамза узнал в ней сестру Джаннат, о которой ранее только слышал, и, не увидев поблизости родителей, размеренным шагом подошел.
– Йоl, ша малх санна хаза йу-кх хьо![2]
Джаннат вздрогнула от неожиданности, после чего обернулась на улыбающегося Хамзу.
– Ахь аьллехь, баккъала а хир йу-кх.[3]
По ее лицу он понял, насколько Джаннат не ожидала этой встречи, но в нефритовых глазах, в глубине которых плескалось тепло, смог прочитать еле заметную радость. Сестра, подходящая к Джаннат, осеклась на полпути, с удивлением глядя на незнакомого парня. Ей стоило лишь сложить два и два, чтобы понять, кто перед ней стоит. Хитрая улыбка и многозначительное «извиняюсь», с которым она ретировалась, говорили об осознании. По лицу Джаннат и ее обреченному «Макка…» было видно, как она хочет закатить глаза от выходки сестры.
– Ты как здесь оказался? – она вернула внимание к мужчине, стоящему напротив.
Наконец, он снял очки и, зажмурив один глаз от светящего солнца и улыбнувшись уголком губ, чуть обнажая белоснежные зубы, ответил:
– Проезжал мимо, сердце кольнуло, решил проверить. А тут ты. Правда удивительно?
Хитрая улыбка не сходила с его лица, в этот момент он буквально светился изнутри.
– Какое совпадение! – она наигранно приложила руку к сердцу.
– Скажешь еще. Это судьба, Луноликая. После такого я точно не могу тебя отпустить.
– А до этого, наверно, собирался?
– Ни на миг, – ответил мужчина уверенно.
Джаннат впервые открыто улыбнулась ему на такие слова, доселе вгонявшие в смущение. Он понял, насколько ему захотелось услышать любимый смех. «Любимый» с теплом разлилось по всему телу. Окрыляющая правда была в этом слове, как и радость в жизни, которую они проживали. Всевышний свел уже состоявшегося, мужественного Хамзу с хрупкой и нежной, но такой сильной Джаннат. Истина кроется в вере в Его предопределение, которое касается каждого творения, будь оно даже невидимым и неосязаемым.
Они обещали друг другу встретиться на этом же месте в предвечернее время, прежде чем разъехаться.
Так и застала Джаннат Хамзу сидящим на краю. Недолго она заставила себя ждать, привлекая внимание тихими шагами. Она медленно присела на расстоянии от него и последовала за его взглядом, направленным поверх острых пиков. В следующие минуту их разговор вновь зашел в неизменное русло – прошлое. Но на этот раз воображение охватило более далекие годы – время благородных сподвижников. Яркими метафорами Джаннат высказывала свое восхищение, разжигая интерес Хамзы, который завел разговор. Он смотрел на эмоциональность и внимал каждому слову, различая в ней боевой дух и тягу к священному. Он не мог перестать удивляться ей. Со стороны контраст их был неистов – спокойный и сдержанный Хамза, слушающий захватывающую речь Джаннат, эмоционально передающую каждую, казалось бы, мелочь.
