– Хм… – фыркнула Мэкси, – а я-то думала, что белые стены будут в моем офисе, это так гармонировало бы с моей светлой прядью. Но позволить себе два одинаковых офиса мы не можем.
– Значит, белый достается Джулии, – заключил Леон, к которому почти вернулась прежняя бодрость. – В конце концов, она будет подписывать наши счета, а это кое-что да значит.
– Пэвка, как я рада, что мы с тобой вместе обедаем. Сколько же я тебя не видела? – И Мэкси порывисто бросилась в его объятия, шурша складками клетчатой юбки, обнажавшей ее соблазнительные колени. («И кто это сказал, что коленки не относятся к самым прекрасным частям женского тела?» – мелькнуло в голове Пэвки.)
– Я тоже скучал по тебе, но не хотел мешать! Ты, говорят, теперь страшно занята, – ответил Пэвка, стараясь, чтобы в его голосе не прозвучал упрек. Он чувствовал, что последнее время она его попросту избегает. «Эмбервилл пабликейшнс» полнился слухами о ее грандиозных планах, но конкретно никто ничего не мог сказать.
– Да, мы красили стены в офисе, – сдержанно заметила Макси.
– Что ж, это… хорошее начало.
– Я тоже так считаю.
Мэкси принялась изучать меню гриль-бара в гостинице «Четыре времени года», ставшего своеобразным клубом, где встречались воротилы издательского дела и агенты рекламных фирм. Это были настолько важные шишки, что их доставляли сюда почти исключительно на лимузинах, запрудивших сейчас Пятьдесят вторую улицу возле Парк-авеню, как бывает разве что на похоронах известных гангстеров.
– Ну а когда с покраской будет покончено, – терпеливо продолжил Пэвка, сделав заказ, – вы займетесь занавесями, мебелью, коврами и прочим?
– Да, скорей всего, именно так мы и поступим и уж, во всяком случае, будем действовать в этом направлении, – кивнула головой Мэкси, словно всерьез обдумывая будущий план действий.
– И если я правильно понял, твоя конечная цель – выпустить новый журнал? – наступал Пэвка, но Мэкси и не думала сдаваться.
– А, да, журнал… В конечном счете, думаю, что так. Но лишь в конечном, речь не идет ни о завтра, ни о послезавтра. Однако рано или поздно мы придем к тому, что решимся наконец издавать… миленький… маленький… журнальчик.
– А у него, может быть, уже есть официальное название?
– Нет, еще не придумали. А то, что придумали, нельзя считать названием.
Глаза Мэкси оттенка яшмы вдруг стали такими ярко-зелеными, какими бывают только образцы цвета на выставке. Она была полна решимости не выдавать Пэвке ни одной из своих редакционных тайн. Сейчас она напоминала несушку, которой хотели помешать снести первое яйцо.
– Но как же так, милая, неужели ты собираешься оставить дитя без имени?
– Со временем… со временем… – Она с притворной ленцой взглянула на него, стараясь выглядеть как можно более отрешенно, давая понять, что время для нее не имеет значения.
– Но это же крайне важно, Мэкси! Ты ведь понимаешь?
– Конечно. «Ридерс дайджест», «Хороший дом», «Плейбой», «Нэшнл джиографик»…
– Хм… Ты наверняка ищешь название, которое сразу сказало бы читателям, о чем будет твой журнал?
– Да, в общем и целом, Пэвка. Ты, пожалуй, прав. Знаешь, Рассел Бейкер говорит, что, в сущности, интересных тем всего шесть: секс, Бог, замужество, дети, политика и бейсбол.
– Ага, так твой журнал – о сексе?
– Да, я не буду его упускать из виду. Как и замужество, тоже хорошая тема. Ну и развод…
– Мэкси, почему ты от меня все скрываешь? Хочешь подразнить, да? Как в плохой пьесе где-нибудь на Бродвее. Ты что, не знаешь: название должно хоть что-нибудь сказать людям, если рассчитывать, что они захотят хотя бы открыть первый номер нового издания. Это, между прочим, только одна из целой дюжины проблем, которые сейчас на тебя свалятся. Тебе надо сперва заставить их просто открыть твой журнал, не говоря уже о том, чтобы купить его.
– Пэвка, ангел ты мой! Я хочу на самом деле попросить тебя о колоссальном одолжении. – Мэкси обернулась к нему с очаровательной улыбкой, от которой его сердце тут же растаяло: она поняла, что может, как всегда, рассчитывать на его преданность.
– Все что тебе угодно. Знай, ты всегда получишь от меня помощь, о чем бы ни шла речь – ты хочешь обсудить свой план в деталях? Или помочь тебе с макетом? И то и другое – для меня не проблема, для моей Мэкси я готов на все.
– Все, что я от тебя хочу, – это
