По русскому обычаю, мы обнялись на прощание. Объятия у повелителя Нави были крепкие, как тиски. Мне показалось, что он разжал их с большой неохотой. Затем Кощей, эффектно взмахнув рукой, вспыхнул по контуру силуэта навьим пламенем и исчез как раз тогда, когда из-за горизонта появились первые лучи солнца. Феи, шелестя крыльями, последовали за ним: видно, повелитель Нави собирался расширить гарем, добавив к земноводным ещё и летучих красоток. Вот же неугомонный!
С тех пор в нашей жизни было ещё много чудесных рассветов и закатов. В Запенде воцарился мир и покой, но жить в столице рядом с княжескими хоромами ни мы с Рагне Стиггом, ни Воронесса с Барадымом так и не смогли. Оборотни отправились в свадебное путешествие, и я не стала чинить им препятствий, зная, что они придут мне на помощь по первому зову.
Мы с мужем, оставив управление государством на долю Гориславы и Дубыни, отстроили заново избушку в лесу и наслаждались тихой семейной жизнью и целительной красотой возрождающейся природы. И не было ничего лучше светлых дней и жарких ночей, которые мы делили вдвоём, и не было краше ромашковых лугов, земляничных полян и лесных опушек нашей благословенной земли.
Я только очень переживала из-за подаренной Кощеем рации. Рагне Стигг стал буквально одержим идеей починить её, тратя по нескольку часов каждый день на бесплодные попытки восстановления этого злосчастного прибора, и всякий раз очень нервничал из-за неудачи, а затем начиная всё заново. О его упорстве я знала не понаслышке, но сейчас оно пугало меня до мурашек.
– Зачем ты так мучаешь себя? – спросила я, когда мой муж в очередной раз, стиснув зубы, гневно отодвинул рацию от себя и закрыл глаза. – Неужели связь со Сказнадзором так важна?
– Мне дали задание, которое я должен был выполнить, – сказал Рагне Стигг. – Теперь нужно известить о выполнении вышестоящие чины, чтобы Сказнадзор не тратил свои ресурсы на поиски меня, ключей и Кадваладура.
– Но если связь однажды наладится, тогда тебя могут отправить на новое задание, – прошептала я.
– Я – калик перехожий, странник среди миров, – сказал на это Рагне Стигг. – И мой долг – служить воле Вселенной, которую олицетворяет Сказнадзор.
– А я? – спросила я, испуганно взглянув на него.– Что будет со мной и нашим сыном, который уже живёт во мне? Ты вот так просто оставишь нас и уйдёшь в очередной поход, прыгая из тела в тело?
Рагне Стигг помрачнел и опустил голову. Было видно, что его тоже мучает эта старая, как мир, дилемма: что выбрать – долг или любовь и семью. А я не знала, чему же из этого списка он отдаст предпочтение.
С этой точки зрения подарки Кощея уже не казались мне такими милыми и забавными. Возможно, рацию повелитель Нави подарил моему мужу именно для того, чтобы тот через какое-то время ушёл из Запенди, и вот тогда мне пригодились бы и метла с компасом, и костяные сапоги на каблуках, чтобы скрасить своё одиночество в объятиях чахлого красавца под пение Сиринов. Такая многоходовка была вполне в стиле Кощея. С другой стороны, я кажется просто проецировала свои тревоги и страхи на других, пытаясь обвинить кого-то в своих возможных проблемах – типичный случай в психологии, кстати.
С Кощеем мы периодически поддерживали связь через волшебное блюдце. Оно уцелело после взрыва и ожидало своего часа, засыпанное землёй. Связь касалась исключительно деловых вопросов, потому что мне пришлось освоить торговлю навьей продукцией. Правда, я убедила Кощея заменить яды на лекарства: разница, как говорил кто-то из великих, только в дозе, а эффект положительный. Сеть лавок «КощЯга» была популярна во всей Запенде, а организацию поставок и логистику я доверила Остромыслу, который после Кощеевых лекарств снова стал нравиться молодым красоткам и уже не держал зла на Ягу.
Ванадий, иногда появлявшийся в кадре во время сеансов связи, тоже выглядел куда более позитивно, чем раньше. Конечно, тьма из него никуда не делась, Кощей и сам никогда не был «белым и пушистым», но цели у наследника престола изменились в лучшую сторону. Он с энтузиазмом изучал колдовские науки и развивал свои способности, став правой рукой отца. Может, заклинание моё сработало и в Ванадии на самом деле проснулась совесть?
Повелитель Нави периодически информировал меня о том, как проходит изменение личности Кадваладура, который, вроде бы, твёрдо встал на путь исправления, забыв прошлое. Когда-то ему предстояло снова возродиться в другом теле и с другой миссией.
– Ты ведь не читала её? – спросил однажды Кощей во время очередного сеанса связи.
Я обратила внимание на то, что он сидел в каком-то тесном изолированном помещении, как в секретном бункере: видно, повелителю Нави совсем не хотелось, чтобы его сын или кто-либо узнал хоть что-то о книге памяти Кадваладура. Вид у Кощея был какой-то мрачный и даже слегка испуганный, а рядом с ним стояла внушительная початая бутыль с наклейкой «Навья валериана на спирту».
– Нет, – покачала головой я. – А что?