Поднимались всё выше и выше к редким облакам. Лучи местного солнца окрасили их в золотистый цвет. Бескрайнее небо вокруг и простирающийся под нами бесконечный лес. И рядом любимый мужчина, прогнавший все страхи. Не оборачиваясь, я знала, что он улыбался.
Осторожно дёрнула руки, и Такер отпустил. Раскинув их в стороны, прикрыла глаза, чувствуя, как ветер пронизывает меня насквозь. Неописуемое чувство безграничной свободы и счастья!
Из-под ресниц увидела, как Гром повернул голову и хитро посмотрел на меня. Наверное, что-то «сказал» Такеру, потому что его руки, до этого расслабленно лежавшие на моих бёдрах, тут же снова скользнули вверх и крепко обняли за талию. Я смутно почувствовала подвох.
Гром какое-то время летевший ровно, вдруг, сложив крылья, устремился вниз. А я, согнувшись и вцепившись в руки Такера одной рукой и в луку седла другой, закричала от смеси ужаса и восторга. Гром, вторя мне, трубно заревел. С каждой секундой лесное море становилась всё ближе и ближе. В нескольких метрах над кронами грифон снова расправил крылья и полетел.
Глаза слезились, адреналин и эмоции зашкаливали… Я и Такер одновременно счастливо рассмеялись.
— Сейчас мы покинем Межграничье, — произнёс Такер, склоняясь к моему уху и вызывая миллионы мурашек своим хриплым голосом.
Мгновение – и мы летим над огромным городом.
Задохнувшись от неожиданности, я рассматривала мелькавшие под нами крыши домов и лабиринты улиц, людей, одетых, словно из сказки про Алладина. Гром ловко лавировал между высокими шпилями зданий, построенных в восточном стиле.
— Это столица Андии, — снова голос склонившегося ко мне Такера.
Нас заметили: кто-то, в основном женщины в красивых цветных нарядах, замирал толи от страха, толи от восторга, а дети начинали кричать и махать в нашу сторону руками.
Мы летели прямо к видневшемуся впереди огромному, похожему на Тадж-Махал, очень красивому, белокаменному дворцу. Подлетая ближе, я всё отчётливее различала маленькие фигурки людей, мелькающие на стенах дворца и в башнях рядом с ним.
Я с замиранием сердца следила, как с каждым взмахом крыльев Грома великолепное строение стремительно приближается, и увеличиваются в размерах фигуры, занимающие позиции у бойниц. Лучники. Сердце пропустило удар, а над ухом я услышала смешок, когда в нас полетели первые стрелы…
И в тот же миг всё вокруг вновь изменилось: и город, и дворец исчезли…
А я уже собралась использовать магию! Сила бушевала в крови, перед глазами ещё стояли перепуганные лица стражников, и я, не сдерживаясь, громко рассмеялась. Мне было так хорошо! Восторг и счастье!
Поворачивая голову назад, в стремлении поделиться и рассказать Такеру о переполнявших меня эмоциях, я почувствовала, как его губы касаются уголка моих, и от неожиданности замерла.
Это было не случайное смазанное прикосновение, потому что Такер, не отрываясь от меня губами, лёгкими касаниями прошёлся дальше по щеке к уху, шепча:
— Смотри…
Выныривая из сладкого дурмана, окутавшего меня в это мгновение, еле поворачивая голову, посмотрела вперёд и, выдохнув, замерла вновь.
Мы приближались к горам, покрытым зеленью и сияющим миллионами радуг от бесчисленных водопадов, срывавшихся вниз с их вершин.
Мне казалось, что я уже полностью переполнена эмоциями – до самых краёв, но восторг затопил меня с новой силой, выливаясь в крик. Я, снова раскинув руки, отдавалась этому непередаваемому чувству полёта и счастья.
Сила переполняла меня. Опять взревел Гром.
Он влетел в лабиринт скал и начал лавировать между ними, периодически задевая крыльями струи водопадов и поднимая в небо множество брызг, которые окатывали и грифона, и нас с Такером. Влага висела в воздухе, и мы моментально промокли, смеясь. Но бушующий в крови адреналин и жар наших тел не давали нам замёрзнуть.
Гром то взлетал над грядою, то стремительно пикировал вниз, погружаясь в почти тропический лес. Мы пронеслись над горным озером, и грифон, накренившись, провёл крылом по его водной глади, давая рассмотреть в зеркальной поверхности наше отражение.
А я словно раздвоилась: одна Одри, захлёбываясь от восторга, была поглощена созерцанием открывавшихся перед нею сказочных красот; другая полностью растворилась в чувствах к мужчине, державшему её в своих объятиях – ощущала и даже предугадывала каждое его движение, каждое прикосновение.
Осторожные касания его губ к моим волосам, затылку, его горячее дыхание и шёпот… он шептал моё имя, совсем тихо, но я слышала…
Губы Такера чуть сдвинулись, пройдясь по нежной коже за ушком:
— Приготовься, следующий замок Эктура – Амгар, — и в ту же минуту мы уже кружили над огромной каменной площадкой, ограниченной с одной стороны высокой стеной замка, а с другой обрывом, открывающим потрясающий вид на город, расположившийся у его подножия.
Сделав круг, Гром плавно опустился на каменные плиты площадки, сразу присаживаясь на лапы.
