– Ладно. Отвлеклись, – отрезает крестный. – Ленки себе сами кавалеров отыщут. А нам с тобой надо найти эту сучку Сюзанну…
– Саманту, – поправляю на автомате. – А зачем ее искать? – спрашиваю обалдело.
– А затем, что мои парни довезли ее до аэропорта Шарль де Голь. Ей, якобы надо было встретить кого-то.
– Ерунда. Она ничего не говорила, – мотаю головой. И только сейчас понимаю, что без Саманты не обошлось. А я действительно, заработал на премию Дарвина.
Поверил в дурацкие сказки, что трахаться Саманта может только в своей постели. Не обратил внимания на странные факты, кричащие о подставе. Расслабился.
– Не надо никого искать, – сжимаю кулаки. – Видеть не хочу эту дрянь. Что она нам расскажет? Наврет? Я привезу Коле его дочь и на том разойдемся с миром. Если девочка работает на нас, то и искать никого не придется. За неделю управлюсь. Делов-то обаять и уговорить…
– Ну-ну, – с сомнением смотрит на меня крестный. – За Якуниной, конечно, присмотрят. Но и ты особенно не надейся на скорую победу. Девочка она строгая. Просто так тебе ничего не обломится.
– Страшненькая, – перевернув лист, разглядываю размытую фотографию, распечатанную на принтере.
– Да нет, симпатичная она, – пожимает плечами крестный.
– Сейчас в соцсетях посмотрю, – открываю инсту. Ввожу данные, город и обалдело смотрю на знакомое лицо.
Рыбка моя Золотая. Твою ж мать… И что же теперь мне делать?
– Билет на завтра закажи мне в один конец, – выдавливаю из себя.
– Гольфстрим возьмем, – печально смотрит на меня крестный. – Я думаю, Арман возражать не будет.
– Хорошо. Мне бы сегодня вечером улететь.
– Так полетим, – усмехается крестный.
– Это она тогда жила в третьем люксе? – спрашиваю напрямую.
– А? Да, – морщится Пахомов. – Мы ее специально спрятали. Она застала жениха в китайской беседке с какой-то телкой. Они там много чего наболтали. Ну и Злата, что знала дополнила. Про накладные и кэш.
– Благодаря ей и раскрутили, – вспоминаю, как сличал документы год назад. И уже не чувствую никакой радости от предстоящей поездки.
Нет, я поеду. Если откажусь, сволочь Бурбин найдет кого-то другого. А там никто церемониться не будет. Но и девочку красивую отдавать этому козлу я не собираюсь.
«Думай!» – подстегиваю себя. И никак не могу сообразить, что предпринять? Где гарантия, что упырь не дотянется своими щупальцами до Златы. Надо ее уберечь и самому умудриться выжить.
– О чем задумался, сыночек? – спрашивает за ужином мама. Все обитатели нашего общежития на Елисейских полях по традиции собираются вечером за одним столом. Витя с женой и с дочками. Мама с отчимом и детьми.
– Что? – поднимаю на нее изумленный взгляд.
– Стефания тебя спрашивает, а ты не отвечаешь, – кивает она на мою младшую единоутробную сестру.
– Прости, детка. Что ты хотела? -поворачиваюсь к девчонке, названной в честь моего отца.
– Я спрашивала, когда ты женишься? – хихикает она.
– А что? Кто-то уже претендует на мою комнату? – под смех семьи обвожу нарочито строгим взглядом мелких.
«Женись на Золотой рыбке!» – проносится в голове совершенно шальная мысль.
«Не-не-не», – отмахиваюсь от нее. Я не создан для брака.
И сразу после ужина вместе с крестным улетаю в Россию.
Этого парня в зале я замечаю сразу. Сидит один. Тянет коктейль из трубочки и никого не ждет. Только откровенно пялится на меня. Взгляд ленивый, жадный. От такого не укроешься. Должен льстить, но мне не фига не спокойно. Кто это? Я впервые этого мажорика вижу у нас ресторане. Иначе бы, точно запомнила.
Вглядываюсь в наглое самодовольное лицо. Красивый черт. Высокие скулы, нос с горбинкой и взгляд. Пристальный. До мурашек.
И Саня, официант, обслуживающий столик, слишком заискивает перед гостем. Важный тип, наверное. Надо будет потом спросить. И обходить десятой дорогой.
Мне Панкратова за глаза хватило. Год прошел, я успокоилась. Перестала плакать по ночам. И честное слово, полюбила свое одиночество. Не хочу замуж и семью не хочу. Только ребенка. А он не предаст…
Оглядываю свои столики. Все нормально. Невыполненных заказов пока нет. Гости обедают. Можно минут пять посидеть в подсобке. Хоть туфли снять на время и яблоко съесть. Я специально с обеда оставила.
Но не успеваю даже прикрыть дверь, как следом за мной в комнату персонала вламывается тот самый тип.
– Привет, Золотая рыбка. Наконец-то я тебя поймал, – роняет порывисто.
Тоже мне рыбак с сетью!
Привык, что ему девчонки сдаются без боя. И похоже сейчас тоже рассчитывает. Но со мной такие номера не проходят. После Панкратова я кремень. На мужиков не реагирую. И плевать мне на широкие плечи, скрытые под дорогим пиджаком, на добродушную улыбку.
У меня уже был такой. До сих пор китайскую беседку обхожу стороной.
«Надо выбираться», – приказываю сама себе.
Пошалили и хватит. Сейчас начнут искать и не найдут. Даже если сюда заглянут, не заметят. Мажор технично прикрывают меня от двери. Крепкие руки, покрытые выпуклой сеткой вен, расставлены прямо над моим лицом. А накачанное мужское тело нависает едва не касаясь моей груди. Но стоит трепыхнуться, попаду в ловушку. Ноздри будоражит запах селективного парфюма.
