– Не спешите, мадам Арман. Я должен выяснить, с какой целью вы здесь находитесь. Признайте, обстоятельства указывают на то, что вы оказались в этой местности неслучайно. Ваш странный маскарад не введет меня в заблуждение. Почему вы подстригли волосы и переоделись в мужской костюм? Уж не потому ли, что вы французская шпионка и пытаетесь бежать?
– Прекратите задавать мне идиотские вопросы. Где ваш режиссер, в конце концов? Я случайно оказалась в этом проклятом лесу и не собираюсь играть в ваши игры. Роль Джона Рэндалла удалась вам прекрасно, не спорю, но всему есть пределы. Я не актриса! А вы не Джон Рэндалл!
– Режиссер? Актриса? Вы изъясняетесь очень странно. И смею вас уверить, я и есть капитан Рэндалл, командующий фортом Уильямс.
У меня кружилась голова. Капитан Рэндалл. Джонатан Вулвертон Рэндалл, двойной агент, французский гувернер, скончался от апоплексического удара в возрасте шестидесяти четырех лет. Я брежу. У меня был солнечный удар, я упала и ударилась головой, и все это – плод воспаленного воображения. Сейчас я приду в себя, галлюцинация исчезнет, и я увижу Андрея и Гиббонса. Кажется, героини книжек в таких случаях щиплют себя за руку. Я тоже на всякий случай ущипнула себя за руку. Но, как обычно бывает в книжках, Джонатан Рэндалл, капитан, командующий фортом Уильямс, не исчез. Он продолжал говорить:
– Вы удивлены? Не ожидали меня встретить. Видимо, я нарушил ваши планы. Что ж, сударыня, соблаговолите отправиться со мной в форт, где мы сможем спокойно побеседовать. Я уверен, что вы сообщите мне немало интересного. Всегда приятно пообщаться с изысканной дамой. А вы несомненно изысканная дама. Вы не крестьянка. Эти духи, эта нежная кожа, тонкие пальцы и эта дорогая обувь великолепной работы выдают вас с головой..
Дорогой обувью он назвал мои уличные ботинки на толстой подошве со шнурками, довольно-таки грязные и разношенные. Идиот. Что он, дорогой обуви не видел? А может, и не видел. Черт побери, что же происходит? Мне нужно сосредоточиться и вспомнить, что произошло, а этот тип не оставляет меня в покое.
Вдруг он с силой толкнул меня в сторону. Спиной я оказалась прижата к стволу какого-то дерева. Я ощутила на своем лице его дыхание, в котором смешивался запах табака и алкоголя. Его руки бесцеремонно схватили меня за плечи, а губы впились в мои. Это было отвратительно. Я пыталась отвернуться, вырваться из этих диких объятий, но он только крепче сжимал меня. Я лихорадочно соображала, что делать. Ни разу в жизни я не сталкивалась с насилием. Очень давно я читала какие-то советы для женщин, подвергшихся нападению, но они сейчас совершенно не годились. У меня не было при себе газового баллончика или маникюрных ножниц. Ни к чему было кричать «Пожар!», все равно никто не придет на помощь. Не получится и бежать к ближайшей остановке или освещенной витрине – в лесу не ходят троллейбусы и не работают магазины. Совет не злить насильника криками и сопротивлением показался мне и вовсе странным. И я постаралась завизжать как можно громче, одновременно пнув его коленом куда придется. Пришлось, видимо, куда нужно. Капитан Рэндалл зашипел и согнулся пополам.
Я оттолкнула его и побежала не разбирая дороги. Впрочем, никакой дороги и не было. Через несколько шагов я споткнулась и налетела головой на дерево. Дерево охнуло и громко выругалось. Подняв глаза, я обнаружила, что дерево одето в шотландский костюм и физиономией сильно смахивает на горца. Рыжие взлохмаченные космы, квадратная челюсть, маленькие глазки и бычья шея. Красавец мужчина.
Красавец зажал мне рот ладонью и потащил куда-то, не давая опомниться. Неужели еще один маньяк, подумала я. Но он тащил меня так деловито, что я успокоилась. По-видимому, он не испытывал эротического интереса к моей персоне. И на том спасибо.
Он приволок меня на поляну, где, как мне показалось, никого не было. Но вдруг из-за кустов выступили смутные тени, оказавшиеся десятком вооруженных шотландцев, одетых, как и полагается, в клетчатые пледы и кильты.
– Эй, Руперт, что за странную добычу ты нам принес? – Один из них приблизился и насмешливо смотрел на меня. Он говорил с легким шотландским выговором, хотя его речь и звучала как речь образованного человека.
– Да вот услышал, как капитан Рэндалл беседует с дамой, и не слишком-то вежливо. Даме, видать, такой разговор не понравился, она и убежала. Я слышал, как он назвал ее французской шпионкой. Думаю, ты, Дугал, сам разберешься, что к чему, – ответствовал Руперт.
Его простонародный говор, по-видимому, не был искажен образованием. Капитан Рэндалл, насколько я могла судить, изъяснялся на чистейшем английском. Тот, кого назвали Дугал, начал с того, что слово в слово повторил вопрос капитана Рэндалла:
– Как вас зовут, мадам, и как вы оказались одна в лесу и в таком нелепом виде?