Я уселась на один из корней и осмотрелась. Невдалеке от меня высился каменный круг. Как я оказалась за его пределами? Я же помню, что была внутри круга и рассматривала алтарный камень. Возможно, я потеряла сознание и скатилась вниз под уклон. Думать получалось плохо. Голова трещала. Мысли расползались. Вдруг вдали я услышала крики, конское ржание и одиночные выстрелы. Как можно охотиться ночью? Через несколько минут между деревьями замелькали красные мундиры, вновь послышались выстрелы. Такие костюмы я позавчера видела в музее, на экспозиции, посвященной войне Шотландии за независимость. Красные мундиры и красные бриджи носили злодеи-англичане.
Всадники исчезли из поля моего зрения. Судя по всему, они кого-то преследовали. Тут я увидела, как человек в кильте с театральной выразительностью грозит кулаком вслед умчавшимся англичанам и что-то выкрикивает, видимо проклятия. Так вот в чем дело! Кажется, здесь снимают фильм на историческую тему. Очередное «Храброе сердце», в главной роли Мэл Гибсон. Но на кой черт им снимать ночью в лесу, да еще в такой глуши? По-моему, проще построить павильон с декорациями. Очевидно, странные причуды режиссера. Я плохо разбираюсь в съемках, но где же операторы с камерами и осветители с их огромными лампами? Может, режиссер специально заставляет своих актеров бегать ночью по лесу и таким образом вдохновляется? В любом случае, не стоит вмешиваться в творческий процесс. Я встала и направилась в сторону от места съемок.
Неожиданно сзади и чуть справа от меня раздался тихий шорох, хрустнула веточка, и я почувствовала чью-то руку на своей талии, а вторая чья-то рука зажала мне рот. Рука была мне знакома. Андрей! Но что за дурацкую игру он затеял?
– Пусти же меня, чудовище. Что это за шутки? – промычала я сквозь жесткую ладонь.
Я высвободилась, ожидая увидеть знакомую ухмыляющуюся физиономию. Неплохо бы закатить по ней пощечину, думала я мечтательно, за дурацкие шутки, за то, что бросил меня в лесу, и вообще за все. Но передо мной стоял незнакомый человек в красном мундире с какими-то золотыми нашивками. Видимо, один из актеров. Скорее всего, играет офицера.
– Так вы не Эндрю… – Я была разочарована.
– Нет, – подтвердил он. – Впрочем, так зовут моего кузена. Но вряд ли вы путаете меня именно с ним, мы нисколько не похожи.
Не знаю, как насчет семейного сходства с кузеном, но я с ужасом поняла, что он чертовски смахивает на Андрея. То же сложение, тот же разрез серых глаз, те же вьющиеся светлые волосы. Только у этого актера волосы были длиннее, убраны с лица и перевязаны лентой. И его кожа была темнее, чем у Андрея, она казалась загрубевшей от солнца и ветра. Любопытно. Может, это какой-нибудь дальний шотландский родственник Андрея, о котором он и сам не знает? К примеру, у этого самого шесть раз прадедушки могли остаться дети в Шотландии. Может, он тут беременную жену бросил, а сам сбежал в Россию. И с тех пор живут на свете две ветви семьи Рэндалл – русская и шотландская.
– Как вас зовут и кто вы такой? – спросила я требовательно. Он все еще держал меня за талию, что было не слишком приятно.
– Имею честь представиться: капитан Джонатан Рэндалл, эсквайр, к вашим услугам, – он отвесил шутовской поклон. – А вот вы кто такая? Что вы здесь делаете, одна, в столь поздний час и в столь неподходящей одежде?
– Хотела бы я это знать, черт побери! – ответила я. Интересно, чем ему не понравилась моя одежда? Брюки как брюки, разве что грязные. Но как он себя назвал? Джон Рэндалл? Неужели далекий предок Андрея такой важный персонаж местной истории?
– Вы были здесь не одна, с неким Эндрю. И кто же он такой? Местный пастух? Или крестьянин? Вряд ли, от вас не пахнет навозом. Как ваше имя, мадам? – Наглый актер довольно крепко сжал мой локоть.
– Джулия Ормонд! Но я не снимаюсь в вашем фильме, меня уже пригласил Никита Михалков! – Я начинала злиться. Почему я должна отвечать на его вопросы? – Пустите меня, я не собираюсь мешать вашим съемкам. Я просто хочу понять, где я нахожусь и где мой муж. Он должен быть неподалеку, наверное, ищет меня.
– Жюли Арман… – Он повторил имя американской актрисы с нарочито французским произношением. Похоже, он поверил, что это мое настоящее имя. Актер, который не слыхал о Джулии Ормонд, – странный актер.
– Француженка, которая случайно оказалась на поле боя. Любопытно. Вы говорите, с вами был ваш супруг? Что же произошло с ним, с вашими лошадьми и слугами? Вы не заставите меня поверить, что леди из высшего общества путешествует пешком и без сопровождения, да еще в таком нелепом костюме. – Он все еще держал меня за локоть.
– О да! Разумеется, у нас были лошади и примерно десяток слуг, но они разбежались, едва заслышав выстрелы. Оставьте меня в покое, сумасшедший!
Меня раздражал этот заигравшийся актер. Я дернулась и оставила у него в руках половину своего рукава, но удрать мне не удалось. У него была крепкая хватка. Впервые я пожалела, что не занималась спортом и прогуливала школьные уроки физкультуры. Кто ж знал, что я попадусь в лапы какого-то ненормального…
