Моё свидетельство Мартанской школы оказалось фикцией. Особенно была катастрофа с немецким языком, математикой, химией, физикой, русским. Это очень ударило по моему самолюбию. Быть первой в восьмом классе и последней в девятом. Я пыталась решить проблему: хотела уйти работать, но тётушка сказала, что в 15 лет на работу не возьмут. Когда было особенно трудно, ходила к стоматологу, вырвала все больные зубы, а здоровые дядька отказался вырывать. Домой уезжать было стыдно.
Притерпелось всё из-за одноклассников. Не было такого, как в фильме «Чучело». Моими подружками стали Людка Филатова, Светка Позднякова, Женька Катуржевская, Людка Брюханова, иногда к нам присоединялись Лера Люц – девочка музыкант, Людка Шадрина, Танька Якимова. Они-то стали мне помогать: кто объяснял, а кто и списывать давал. Из мальчиков чаще с нами общались Володя Пашигоров – комсорг класса и Саша Скоков. Есть фото, на нём наша вся компашка, там Саша держится за сердце. Это его жизненная позиция, сердечно относиться к людям. Сейчас Саша с женой живут в Краснодаре, как и Толик Кропин, всё никак не соберёмся. То меня ковид придавил, то Толик болеет, а у Саши никак не получается – деловая колбаса. Трудно представить Кропина больным – спортсмен. Его любимое словечко в классе было «ништяк». А у нашей компании –«давеча», «намедни».
Компания единомышленников.
Мне нравилась литература, а особенно учитель Тамара Карловна. Это пожилой человек высокой культуры, к нам она обращалась на вы, говорила тихим слабым голосом, никогда не показывала, что сердится. А сердиться было за что: шум, невыученные уроки. Особенно мне нравилось, когда она анализировала наши сочинения, за них у меня было стабильно 4/1. Учитель меня хвалила за свежесть мысли, за не списывание из книг и ругала за русский язык. Как в слове «здравствуйте» можно делать две ошибки. О, как много зависит от учителя-педагога.
Тамара Алексеевна, учитель химии, жалела меня из-за того, что я не живу с родителями, наверное, думала, что их у меня нет. Натягивала твердую двоечку за ответ на слабую троечку.
Математик Зоя Федоровна сдерживала свой гнев. На бестолковых грех сердиться. А вот, когда её замещал преподаватель вуза, то смотрел на меня, как на микроба. Ему, бедному, не дано было понять, откуда такие дурынды берутся. Имя его не помню, а вот, как они с Витенькой Овчинниковым бились у доски за истину в математике – помню.
Витенька – спорщик, беззлобный человек, по-моему, дружил со всеми, за что и был любим всеми. Уже от одноклассниц я узнала, что у него шесть дочек, с женой не живёт, а живёт на даче. Говорит: «Я их не понимаю». Тоже позиция.
Взрослый Витя Овчинников.
Вове Пашигорову нравилась Света Кулик, мне она тоже нравилась, хотя особо не дружили. Сейчас в «Одноклассниках» шлём друг другу приветы. На последней встрече в ресторане Володя напомнил мне помещика Троекурова10– такой холёный, толстенький, ну, как я. Пашигоров, не обижайся, хорошего человека должно быть много. Сейчас с такой фигурой и Игорь Голубев, и Перепелицын Саша.
Вовочка и Любочка.
В Армавир я езжу редко: то на похороны, то на свадьбы, а вот с Людкой (мы так называли друг друга Танька, Светка) Филатовой, сейчас Кузнецовой, мы дружим через расстояние всегда. Есть люди праведники, на них земля наша держится. Людка такая. Приветливая, работящая, честная. Никого не осудит. Вырастила своих троих детей, помогает и с внуками. Таким был её папа. В школе мы посмеивались над интересом Кузнецова к ней. Слава богу, они поженились. Проработав в школе много лет, я знаю, такое случается нечасто. Спрашивала Люду: «Почему Николай такой сердитый». «Для порядку, – смеётся, – такой характер». Плюс и минус характеров дали большую любовь. Ведь это она их держит вместе.
Вечер встречи выпускников.
Про многих ещё хотелось бы написать, но остановлюсь на красивом мальчике класса. Это Саша Шарафудинов. Для него я была такой же, как и для пришлого математика – микроба. В школе ведь обращают внимание на учеников, которые учатся прилежно, а уже в старших классах проявляют интерес к девочке или к мальчику. А для меня мальчики нашего класса были недосягаемы. Я себя тихонько вела, не причиняя никому вреда. Да и мне мужское население знаков внимания не оказывало. (Лирическое отступление). Вернёмся к Саше Ш. Я понимаю, как таким красавчикам трудно жить, женский пол замучает взглядами, да ещё и звонить будут. Воспитывал его отец-летчик, а может, это ложная информация. Только знаю, что и Саша стал летчиком. Я так уверовала в научную гениальность Ш., что думала: «Он будет космонавтом». Очень следила за полётами в космос, надеясь увидеть его фамилию. Саша, видела в «Одноклассниках» твою любимую жену, ты так и написал «любимая». И у тебя, надеюсь, в семье правит любовь.
