Алекс прошел вглубь комнаты и сел в кресло, приготовившись слушать. Ник уселся на подлокотник, возвышаясь над донором.
А Дан сидел в ногах, совершенно некстати мелькнула мысль.
- Я слушаю, Ник.
- Алекс… - Ник почесал нос и затих.
- Да? Я весь внимание.
- Я ведь вовсе не плохой… ты меня каким-то чудовищем представляешь… это не так, - слова давались тяжело.
- Из дневника Анны выходит, что все же чудовище, - безапелляционно заявил Алекс. – И я рад, что со мной твоя роль была другой. Ты бы меня точно насмерть замучил.
- Никогда, - со страстью прошептал Ник и опустился на колени между ногами Алекса. – Алекс, я с первого дня жалел, что купился на эту игру. Мне невыносима была мысль, что ты страдаешь. Ты нужен мне, - и темный положил голову на бедро Алекса, тот впился в подлокотники, вспоминая такие же посиделки с Даном.
- Зачем нужен, Ник? Кормить тебя? Спать с тобой?
- Ты что же, наивный, думаешь, что Дан в тебя влюблен? Как бы не так! Дан не знает, что такое любовь, он не умеет любить. Он использует тебя, - Ник порывисто схватил Алекса за руки, но тот мягко отстранился и тихо ответил.
- Я знаю. Но он хотя бы не врет…
- Сейчас я честен с тобой. Ты очень дорог мне, Алекс. Сам не ожидал, что так может получиться, со мной такое впервые… но, черт, я люблю тебя. Я… - Ник волновался, - я принимаю тебя как равного, не как игрушку, не как еду… как равного себе, Алекс.
- И что, отпустишь меня, если я выберу тебя?
- Ты хочешь уехать? – спросил тихо.
Очень хотелось ответить, что уехать – его самая заветная мечта, но это испортило бы все планы. Поэтому Алекс ответил:
- Я хочу иметь возможность уехать, Ник. В любое время. Я не хочу быть здесь пленником.
- Я понимаю, - Ник тяжело вздохнул. – И, если ты выберешь меня, я дам тебе эту возможность.
Ник с удовлетворением отметил, как загорелись глаза донора, он все делал правильно, потянулся к губам Алекса, таким манящим и влажно блестящим. Алекс решил позволить себя поцеловать, захотелось проверить, взволнует ли Ник так, как волнует Дан. Ник, едва касаясь, словно перышком, провел языком по пухлой нижней губе и, не встретив сопротивления, скользнул в сладкий рот.
Нет, Ник не вызывал и сотой доли возбуждения, каким он горел рядом с Даном…
Дан решил, что пора вмешаться, иначе неизвестно, до чего они там договорятся, прошел по коридору и без стука распахнул дверь.
Алекс целовался с Ником. Дана словно кипятком ошпарило, накатила, застилая глаза, ярость, хотелось подбежать и разорвать обоих. «Мое!» - кричали инстинкты, и стоило огромных сил остаться, где стоял. Вот как, значит, его донор пошел здороваться… Еще пару часов назад стонал и извивался под ним, а теперь уже позволяет целовать себя другому. Это ревность? Нет, конечно, нет, убеждал себя Дан, просто кто-то без спроса взял поиграть его игрушку, и неважно кто, пусть даже родной брат. А Дан с детства ненавидел делиться игрушками.
Он сложил руки на груди и, прислонившись к дверному косяку, кашлянул. Алекс предсказуемо вздрогнул и оттолкнул Ника.
- Дан…
- Алекс? – Иронично изогнув бровь, тихо спросил Дан. Алекс покраснел как свекла и закусил губу. Как некрасиво получилось… Сначала Ник застает его с Даном, да, он хотел, чтобы тот видел, как ему хорошо, хотел, чтобы мучился, чтобы страдал и сожалел, а теперь Дан застает его с Ником… парень начинал чувствовать себя едва ли не девушкой легкого поведения. Он перевел взгляд на Ника и удивленно отметил, что тот как-то уж слишком подозрительно доволен.
Опять делят, вздохнул тяжко, опять решают, кто круче и успешнее. А он всего лишь пешка. Но пешка, дойдя до края доски, может стать кем угодно. И Алекс станет! В конце концов, у него тоже своя цель во всей этой ситуации.
Он перестал смущаться, твердо посмотрел в глаза сначала одному, потом другому, встал и ясно улыбнулся.
- Я бы чаю выпил, - прошел мимо онемевшего от подобной наглости Дана, чмокнул того в нос и, довольный собой, направился пить чай.
- Это что такое было? – первым очнулся Ник.
- Гм, - задумчиво протянул Дан.
- Он изменился.
- Хм…
- Он же нас не боится больше.
- А зря. Мы же вон какие страшные и жестокие. Да, Ник?
- Я добрый! А вот ты должен быть страшным и жестоким, - Ник вплотную приблизился к Дану. – И что я увидел, когда вернулся?
- Что ты увидел, младший? – Спросил с улыбкой.
- Сам знаешь.
- И на чьем месте ты хотел быть, а? – Ник смотрел в глаза брата, как загипнотизированный, не смея моргнуть.
- Алекса… - шепот на выдохе. Старший усмехнулся.
- Что ты ему пообещал? – Спросил ласково, приподнимая подбородок младшего двумя пальцами.
- Свободу, - невозможно было что-то скрывать, когда Дан так смотрел на него. Никогда не возможно.
- Неужели отпустишь?
- Возможно. Ведь у меня будет главный приз.
- Закатай губки. Не будет, - невесомое касание губ всего на мгновение – Пошли чай пить.
- Дань?
- Что, Ники? – остановился, обернулся.
- Ты ведь не влюбился в него? – Лукавая полуулыбка в ответ.
- А ты?
