Представления для рыцарей и баронов мало чем отличались от того, к чему мы привыкли, всё те же выкрики в самые напряжённые моменты, всё те же радостные аплодисменты, разве еда, которую самые сопереживающие зрители запускали в негодяев, была чуть лучше. Признаться, я, никогда не испытывавший особых восторгов по поводу фильмов Лукаса, только сейчас смог оценить, в чём вся сила оригинальной истории, она была невероятно проста, а значит, легко адаптировалась под любые реалии и была близка каждому.
Всё же, я не прогадал с выбором, для этой публики явно не годились сложные истории, но ни в коем случае, это была не вина самой публики. Всё же, сложно представить, чтобы городской ремесленник, после целого дня в мастерской или крестьянин, вернувшийся с пахоты, стал бы задумываться о «высоком», даже далеко не у всех феодалов, на это было время. Всем нужно было что-то, чтобы отдохнуть, выплеснуть свои чувства и забыть о тяготах грешной земной жизни, и наше представление подходило для этого идеально.
Теперь мы снова колесили по городам и замкам, только уже втроём, или даже можно сказать вчетвером, если посчитать нашу клячу Россинанта, на которую мы, вместе с телегой, позволили себе раскошелиться.
Я переживал что Луминия, для которой столь кардинальная смена образа жизни окажется слишком резкой, быстро впадёт в уныние, однако, с каждым днём, она, наоборот, будто расцветала. Она не сильно распространялась о своей прежней жизни, но то, что у неё было сейчас, похоже, нравилось ей только больше. Возможно потому, что теперь над ней не довлели грозные фигуры профессоров и мастеров магии из Академии. Более того, из одних только разговоров с Максимом Виленовичем Ковалевым, она могла почерпнуть не меньше, чем за целый год серьёзных диспутов о том, сколько демонов может танцевать на кончике иглы. Да, как мы выяснили, софистику и прочее, им тоже преподавали.
Однажды, когда последний месяц лета уже перевалил за середину, мы, после того как дали представление в одной из деревень по дороге, за что, благодарные и поражённые крестьяне одарили нас провизией, решили снова заночевать под открытым небом. Снова, как в ту ночь два месяца назад, правда, теперь, вместо грибов, мы обжаривали на костре ароматную кровяную колбасу, у нас был запас свежего, хоть и грубого, хлеба и пахучего сыра, а также небольшой бочонок пива, притом именно такого, к какому я привык, то есть сваренного на хмелю, а не грюйта, который здесь, в основном, и пили.
– Витя, а ты не думал, чем займёшься дальше? – Внезапно спросил меня Максим Виленович, после сытного ужина, с наслаждением попивающий пенный напиток из походной кожаной кружки.
По его тону, я понял, что он спрашивает не про то, что мы будем делать, когда достигнем следующего населённого пункта в нашем списке, вольного города Бадденкомпфа.
– Если честно, нет. – Признался я. – Я и в прежней жизни, как-то, всё больше по течению плыл, а сейчас… – Я замолчал, не определившись, что именно сказать. – А Вы?
– Ну, всегда думал найти себе какую-нибудь обеспеченную вдовушку и жениться, хотя, на крайней случай, я всегда могу вернуться в свою будку в Галлене. – Ответил он с лёгкой горечью, я так и не понял, в какой степени это была шутка.
– Я думаю, пока есть время до зимы, скопим денег столько, сколько получится, найдём себе место на зимовку, а потом, может со временем, прикуплю какую-нибудь захудалую корчму где-нибудь в глуши. Других идей, у меня пока нет.
– А ты, Луминия? Тебе явно не пристало разносить пиво в корчме, но и в Академию дорога закрыта. – Обратился Максим Виленович к нашей спутнице.
– Признаться, мне и раньше не многие дороги были открыты после Академии Магии. – Грустно призналась девушка, я давно не видел её такой подавленной. – Все, кто посноровистее, обязательно пробились бы в советники к королям, другие поступали на службу в города, но тут нужны способности и знатное происхождение. Я же – всего лишь дочь обнищавшего рыцаря, к тому же, мастера обо мне всегда были не самого высокого мнения. – Молодая волшебница обхватила плечи руками и ещё долго всматривалась в пламя костра.
Я уже уяснил, что Луминия была отнюдь не глупа, и многое схватывала на лету, так что под «мастерами», скорее всего она имела в виду одного конкретного человека – властную Эллираду, честолюбивую, и скорее всего, постоянно подавлявшую и без того робкую, услужливую студентку.
– Так что, я тоже не знаю, что будет дальше, пока останусь с вами, а там посмотрим. К тому же… – Почему-то она не закончила свою фразу, а вместо этого густо покраснела, видимо, пиво было слишком крепким для неё.
Впрочем, «а там посмотрим» – это и был единственный итог наших рассуждений у костра под звёздным небом. Мы были самыми настоящими бродягами, и нас были только мы трое, телега, Россинант и заветная коробка с деревянными пластинками.