Однако, когда мы достигли города с чудным названием Бадденкомпф, то выяснилось, что судьба подготовила для нас очередной подлый удар, из-за которого все наши, даже самые расплывчатые и неопределённые планы, рассыпались как замки из песка. Притом, поначалу, мы даже не подозревали, в какие злоключения нас втянет очередное, казалось бы, ничем не отличающееся от других, посещения города , в которым мы собирались дать представление.
– Здравствуй, добрый человек, – уже привычно я обратился к корчмарю таверны вольного города Бадденкомпфа – а не подскажешь ли, как вашем славном городе народ развлекается? – Как бы, между делом спросил я, приготовившись услышать типичный ответ про пиво, кости и некоторых особ, с которым может свести трактирщик лично.
– О, так значит Вы, уважаемый, уже наслышаны? – Внезапно оживился хозяин таверны. – Но только больно рано вы пришли, придётся подождать до вечера.
– До вечера? – Не понял я, о чём толкует мой собеседник.
– Конечно до вечера, мастер Йохан только по вечерам демонстрирует свой световой короб. – Ответил мужчина.
– Световой короб? – Снова переспросил я.
– Так разве Вы не знаете, уважаемей? Удивительнейшее изобретение, мастер Йохан каждый вечер даёт представления, особо мне нравится история про чёрного колдуна, распутную принцессу и молодого рыцаря Лука. – Мечтательно произнёс трактирщик.
– Люка. – Машинально поправил я его, и только потом понял, что кое-что смущало сильнее. – Распутную?
– Не знаю уважаемый, я уже раз пять видел представление, и звали его Луком, можете быть уверенны.
Я растерянно оглянулся на своих спутников, по их лицам тоже было понятно, что сейчас они в недоумении.
– Тогда нам комнату, на ночьи обед на троих, подашь к тому столу. – Указал я на места в самом дальнем и тёмном углу.
Долгое время мы сидели молча, пока нам не принесли наш, как всегда, довольно пресный обед.
– Может быть, это просто совпадение? – Без особой надежды спросил Максим Виленович, отламывая кусок хлеба.
– Вы сами-то хоть в это верите? – Не удержался я от саркастического замечания.
– Не особо, но исключать этого всё равно нельзя.
– Посмотрим.
Всё оставшееся до вечера время, мы просидели в мрачной задумчивости. Настал час, когда в городах ремесленники заканчивали работу, закрывались лавочники и народ, постепенно, стягивался в таверны. Сегодня здесь был необычайно людно, что, если мои догадки окажутся верны, совсем неудивительно. Наконец, когда таверна была забита почти до отказу, в дверях, под всеобщие восторженные возгласы, появился тот самый мастер Йохан. И, если честно, увидев такого в толпе, я бы забыл о существовании такого человека меньше чем за секунду. Средних лет, с залысинами на голове и слегка пухловатым, добродушным лицом, увидев такого в своём мире, я, скорее всего, решил бы, что он владелец мелкого автосервиса, обеспечивающего ему небольшой, но стабильный доход, по пятницам пьёт пиво с бывшими одноклассниками, иногда ездить на рыбалку, изредка изменяет жене. В общем, совершенно обычный, ничем не примечательный мужичок. В одежде его тоже ничего не бросалось в глаза, всё те же шоссы, рубаха и длинная перепоясанная накидка, что и у всех. Как я и ожидал, в руках он нёс такую же деревянную коробку, что лежала сейчас у нас в телеге, ну, может с незначительными отличиями.
– Здравствуйте-здравствуйте, уважаемые. Да-да, всё как обычно. Прошу-прошу. Николас, если будешь буянить, как в прошлый раз, то тебя выкинут. – Он пробирался через зал таверны и приветствовал посетителей, поднимающих кружки за его здоровье. – Конечно-конечно, начнём сейчас же, прошу не опаздывать.
Как я и ожидал, он, вместе со своей коробкой, скрылся за дверью в погреб, на входе оставив одну из работавших в трактире девиц с корзинкой в руках. Толпа потянулась ко входу, мы трое тоже пристроились в неспешно продвигавшуюся очередь.
– Вход один мелкий медяк. – Сообщила «кассирша».
– За троих. – Произнёс я, кидая ей три потёртых кругляшка, а затем обернулся посмотреть на реакцию своих друзей, столько же брали и мы за вход.
Внизу собралось уже немало народу, к нам на сеанс далеко не всегда столько заглядывало. Все сидячие места были уже давно заняты, стоячие, откуда было бы хорошо видно представление, тоже стремительное заканчивались, мы успели протолкнуться к одним из последних. Йохан, с важным видом, держа свою коробку в руке, стоял рядом с бочкой, на котором сейчас горела масляная, грубо слепленая из глины, лампа, бывшая единственным источником света в помещении.