Мир в чудеса одень —
Иду встречать я – сквозь росу —
Новый Летний день!
Подруга поэтов – Осень прошла.
Проза вбивает клин
Между последней дымкой
И первым снегом долин.
Зори острые – словно ланцеты —
Дни – аскетически скупы.
Пропали мистера Брайанта астры —
Мистера Томсона снопы.
Запечатаны пряные устья.
Унялась толчея в ручьях.
Месмерические пальцы трогают
Веки Эльфов – жестом врача.
Может – белка меня не покинет?
Я сердце ей отворю.
Пошли мне – Боже – солнечный дух —
Нести ветровую волю твою!
Как изменился каждый холм!
Тирийский свет наполнил дол.
Все шире зори поутру —
Все глубже сумрак ввечеру.
Ноги пунцовой легкий след —
Пурпурный палец на холме —
Плясунья-муха за стеклом —
Паук за старым ремеслом —
Победный Шантеклера зов —
Повсюду в гости ждут цветов —
И в роще посвист топора —
И пахнет травами тропа.
Не перечислить всех примет —
Так каждый год она на свет
Родится снова – и твоим
Конец сомненьям – Никодим!
Она терпела. Только жилы
Чертили синие штрихи.
Вокруг спокойных глаз молили
Пурпурные карандаши.
Расцвел и облетел нарцисс —
Тогда терпенье вдруг ушло —
И на скамью среди святых
Она присела тяжело.
Усталый шаг ее – не мерит
Селенье из конца в конец —
В вечерний час не забелеет
Ее застенчивый чепец.
Мы тихо шепчемся о ней —
А там – венчанья торжество —
Там – робкая – она царит —
Стыдясь бессмертья своего.
Воде учит ссохшийся рот —
Земле – пустой горизонт —
Счастью – тоска —
Миру – сражений гром —
Любви – запечатанный гроб —
Птицам учат Снега.
Дарят мне песни пчел
Волшебный произвол —
Но как – и в чем секрет —
Мне легче умереть —
Чем дать ответ.
Холм огненной каймой
Сжигает разум мой.
Смеешься? Берегись!
Сам бог сошел к нам вниз —
Вот мой ответ.
Восход – и я лечу —
Но как и почему —
В чем сила этих крыл?
Тот – кто меня лепил —
Найдет ответ.
Раненый Олень – говорят —
Прядает в высоту —
Это всего лишь смерти Экстаз
И – затихли кусты!
Фонтан Скалы – под киркою!
Под пятой – Пружины прыжок!
Празднично яркий Багрянец
Обожженных Чахоткой щек!
Веселость – Кольчуга отчаянья —
Самый надежный покров —
Чтоб – высмотрев – не спросили —
«Вам больно? Кажется – кровь?»
Какой восторг! Какой восторг!
А проиграю – кончен торг!
Но ведь иной бедняк
Ребром последний ставил грош —
И выиграл! Как била дрожь —
От счастья лишь на шаг.
Жизнь – только Жизнь. Смерть – только Смерть.
Свет – только Свет. Смерч – только Смерч.
Пусть карты их рассудят.
Ты побежден? Но мысль сладка:
Решилось все – наверняка —
И худшего не будет!
А если… О – всех пушек рев —
О – перезвон колоколов —
Подайте весть вполсилы!
Ведь так несхожи – Рай мечты —
И тот – где вдруг проснешься ты —
Меня бы оглушило!
Если меня не застанет
Мой красногрудый гость —
Насыпьте на подоконник
Поминальных крошек горсть.
Если я не скажу спасибо —
Из глубокой темноты —
Знайте – что силюсь вымолвить
Губами гранитной плиты.
Вера – прекрасное изобретение
Для «зрящих незримое», господа.
Но осторожность велит – тем не менее —
И в микроскоп заглянуть иногда.
Небеса не умеют хранить секрет.
Скажут на ухо горным высям —
Горы – холмам – а холмы – садам —
Сады – полевым нарциссам.
Пролетная птица на пути
Подслушала случайно.
Что – если птицу мне подкупить?
Я б разгадала тайну.
Но только сто́ит ли?
Отче – Храни свои «отчего́»!
Если Весна – аксиома —
То в чем снегов колдовство?
И – право – зачем досконально знать —
Как дважды два – четыре —
Что́ творят сапфирные эти юнцы —
В новом – с иголочки – мире.
Я узна́ю – зачем? – когда кончится Время —
И я перестану гадать – зачем.
В школе неба пойму – Учителю внемля —
Каждой муки причину и зачин.
Он расскажет – как Петр обещанье нарушил —
И – когда услышу скорбный рассказ —
Забуду я каплю кипящей Печали —
Что сейчас меня жжет – обжигает сейчас.
Под легким флёром мысль ясней —
Видней ее вершины —
Так пена скажет: «Здесь прибой» —
Туман: «Здесь Апеннины».
Я пью из жемчужных кружек
Летнего дня огонь.
Так не пьянит – не кружит
Всех рейнских вин алкоголь!
Я – дебошир воздуха —
У меня от росы – запой
В салунах расплавленной синевы —
На каждом углу другой.
Когда «Хозяин» вышибет вон
Из наперстянки Пчелу —
Когда уснет хмельной Мотылек —
Я пуще пущусь в разгул!
Снежной шапкой взмахнет Серафим —
Святой к окну припадет —
«Вот маленькая пьянчужка
Из Мансанильи идет!»
Укрыта в покоях из алебастра —
Утро не тронет —
День не слепит —
Лежит Воскресения мирная паства —
Стропила – атла́с —
Крыша – гранит.
Эры шествуют Полумесяцем млечным —
Миры выгнут арки —
Катятся сферы —
Диадемы – падают —
Дожи – сдаются —
Бесшумно – как точки
На Диске из снега.
Она метет многоцветной метлой —
Но мусора не подберет.
О Хозяйка вечерней зари —
Вернись – обмети пруд!
Ты обронила янтарную нить —
Обронила пурпурный клубок —
А теперь засыпала весь Восток
Изумрудами лоскутов.
А она все машет пятнистой метлой —
А передник ее все летит.
Метла померкнет – россыпью звезд —
Время – домой идти.
Вспыхнет золотом —
Погаснет багрянцем —
Леопардом прыгнет на небосвод —
Потом – к ногам Старика Горизонта
Склонив пятнистую морду – умрет.
Пригнется – в окошко к Бобру заглянет —
Коснется крыш —
Расцветит амбар —
Колпачок свой снимет – прощаясь с поляной —
Миг – и откланялся День-Жонглер.
