Моя первая критическая статья сблизила меня с редактором газеты «Ёду» Кодирджоном Ибрагимовым. Он брал меня с собой в попутчики, когда нужно было проверять жалобы и обращения, которые поступали в редакцию с нашего района. Больше всего таких заявлений поступало из кишлака Арсланбоб, и мы добивались разрешения очень многих инцидентов и конфликтов мирно, на месте. В те времена материалов по правам человека в средствах массовой информации было очень мало. Но наша цель была не в публикации сенсационных материалов, а в разрешении проблем на месте.
***
Работа с жалобами и обращениями отдалила меня от моей основной профессии – живописи. Мои коллеги поначалу предлагали мне принимать участие в различных художественных выставках картин, но постепенно я совсем перестал в них участвовать. Времени ужасно не хватало.
В поисках правды. Работа без зарплаты
В 1994 году Кодирджон Ибрагимов привел меня в расположенную в Джалал-Абаде организацию по защите прав человека «Справедливость». Сам он был одним из активных членов этой организации. Нас встретили ее тогдашний директор, известный художник, ныне покойный Валерий Сергеевич Улеев, и Валентина Гриценко, нынешний руководитель «Справедливости».
Валерий Сергеевич обратился ко мне со словами: «Сможешь работать в качестве представителя нашей организации в Базар-Коргонском районе? Но учти, это работа на общественных началах, без зарплаты». Я дал согласие, и с тех пор в издаваемом организацией раз в месяц бюллетене «Право для всех» стали регулярно печататься мои небольшие критические заметки. Хорошо понимая, что такие материалы сами не должны преступать рамок закона, я стал покупать и тщательно изучать юридические книги и законы.
***
У Валерия Сергеевича я научился очень многому. А постоянное участие в семинарах и тренингах мало-помалу сформировало мое мировоззрение в сфере прав человека, и я еще больше утвердился в своих взглядах.
Став общественным корреспондентом организации «Справедливость» по Базар-Коргонскому району, в каждом номере «Право для всех» публиковал свои материалы, что сделало меня известным в регионе. Ко мне стали обращаться с жалобами по разным поводам жители не только Базар-Коргонского, но и соседних районов. Я помогал им, чем мог. И случалось, когда не могли найти меня на работе, приходили ко мне домой даже в полночь. Это больше всего возмущало мою, светлой памяти ей, матушку, и она не раз говорила: «Что это за работа, которую нужно продолжать еще и дома вместо отдыха?!»
***
Именно в то время я тесно сблизился с парнем по имени Е дгор, представителем организации «Справедливость» в соседнем Ноокенском районе. Активность Е дгора вызывала враждебность силовых органов и позже привела к его трагической гибели. После его смерти прокурор Базар-Коргонского района Дегенбай Арзыев пригласил меня к себе в кабинет и сказал: «Азимжан Аскаров, если ты не прекратишь писать свои критические статьи против милиции, следующим будешь ты». Правда, позже он, наоборот, подбодрил меня: «Азимжан, если работники милиции раньше уводили пьяных в отделение с применением грубой силы, то теперь делают это насколько могут вежливо. Они теперь опасаются, говорят: “А то сообщат Азимджану Аскарову, и он тут же напишет критическую статью”. Это свидетельствует о том, что ты выполняешь свою работу добросовестно и бесстрашно».
Я повидал очень много прокуроров и могу сказать, что Дегенбай-ака – в числе самых совестливых из них. Не могу припомнить, чтобы хоть раз он отказал мне в приеме.
***
По-моему, в мае 2001 года разошлось сообщение, что впервые были задержаны пять приверженцев религиозного течения «Хизб-ут-Тахрир», которое позже признано экстремистским. Я встретился с прокурором и предупредил его: «Если задержанные не будут немедленно выпущены на свободу, это приведет к резкому росту их сторонников». Однако моим словам значения не придали.
В изолятор временного содержания (ИВС) Базар-Коргонского районного отдела внутренних дел, рассчитанном на 20 человек, набили около пятидесяти задержанных. В результате агитационно-пропагандистской работы тех самых пятерых представителей «Хизб-ут-Тахрира» во всех камерах громко стали призывать к молитве, и заключенные принимались читать намаз. Громогласный призыв к молитве достигал ушей сотрудников расположенной по соседству прокуратуры, и это вызывало у них сильное раздражение. Чтобы наказать узников, районный прокурор вызвал милицейский спецназ человек в тридцать. Они безжалостно избили заключенных.
Я находился в это время метрах в десяти от прокуратуры, и все это мне удалось увидеть собственными глазами. Поскольку помещение изолятора было небольшим, тесным, многих заключенных избивали, выводя наружу. Прокурор Дегенбай Арзыев и заместитель начальника РОВД стояли во главе этой акции и надзирали за всем. Те, кто принес продовольственные передачи содержавшимся в ИВС, тоже слышали, как кричат от боли истязаемые.
В тот день даже стены изолятора были красными от крови…
***
