Эдам с мрачным видом сел на пол, поджал под себя ноги и хмуро уставился на Шарлотту. Похоже, он только сейчас узнал ее. Изобразив на лице что-то вроде улыбки, парень сказал:
– Зачем тебе вообще дверь, шла бы прямо напролом через стену!
Судя по выражению его лица и по тому, как он покачал головой, Эдам явно не прочь был добавить к своим словам: «Ну ты и идиотка», но почему-то все-таки сдержался и даже продолжал улыбаться… более или менее приветливо.
– Честное слово, Эдам, мне даже в голову не пришло, что там за дверью кто-то есть! Пожалуйста, извини!
– Шарлотта, но дверь же наполовину стеклянная.
– Ш-ш-ш-ш-ш! – донесся из недр читального зала многоголосый шипяще-свистящий хор. Почти одновременно к этой оратории присоединились солисты:
– Между прочим, здесь люди пытаются заниматься!
Другой голос, еще более раздраженный:
– Выйдите на хрен в коридор и закройте эту гребаную дверь!
Шарлотта закрыла дверь, а Эдам тем временем встал на ноги и окинул взглядом разбросанные по полу книги.
– Да, похоже, это единственный способ столкнуться со мной… вернее, мне столкнуться с тобой… в общем, повидаться с тобой…
– Правда, извини! Я так торопилась!
– Да ладно, ничего страшного, в конце концов ничего не сломано, так что не беспокойся. – С этими словами он нагнулся и стал собирать раскиданные и даже растрепанные книги. – Целую вечность тебя не видел. – Потом поднял на нее взгляд: – Ты куда подевалась-то? Прячешься, что ли?
Шарлотта пожала плечами и поспешно опустила глаза, якобы разглядывая книги, а на самом деле скрывая подступающие слезы.
– Это все о Генрихе Восьмом и о разрыве Англии с римско-католической церковью, – пояснил Эдам, заметив, куда смотрит девушка.
Все, поток прорвался. Больше сдерживать слезы у нее не было сил.
– Шарлотта! Да что случилось?
Она подняла голову, чувствуя, как слезы текут по лицу, потом снова ее опустила.
– Да так, ничего, просто неудачный день, вот и все.
Ну вот, первая легкая судорога уже пробежала по телу.
– А мне кажется, тут дело не просто в плохом дне. Может, я могу чем-то помочь?
Дальше сдерживать конвульсии было невозможно. Она уткнулась в плечо Эдаму и зарыдала.
– Постой-ка, дай я их положу.
Парень наклонился и сложил книги прямо на пол у стены. Разогнувшись, слегка приобнял Шарлотту, а она, положив голову ему на грудь, продолжала судорожно рыдать.
– Эй, ну все, все, успокойся. Ш-ш-ш, – сказал Эдам. Проходившие мимо студенты смотрели на них. – Может, пойдем вниз? В зале открытого доступа можно забраться куда-нибудь между стеллажами и поговорить спокойно.
Шарлотта могла только покивать, не отрывая головы от его груди и с трудом переводя дыхание.
Эдам оставил книги прямо на полу и, продолжая обнимать Шарлотту, медленно повел девушку к лестнице.
– О, Эдам, – сказала она слабым, прерываемым рыданиями голосом, – но ты не должен… А как же книги?
– Ха. Не волнуйся. Никто их не тронет. Это сплошные тайны из истории религии. Никто не поймет, в чем суть
Эдам даже замолчал от неожиданности, когда Шарлотта обняла его за талию и пошла рядом, положив голову ему на плечо. Впрочем, рыдания продолжали душить ее, отчего голова скатывалась с плеча Эдама то вперед, то назад.
– Все будет хорошо, – заверил ее Эдам. – Тебе просто надо выплакаться. Я с тобой, милая.
Даже несмотря на слезы, на ужасное состояние, на всю глубину ее страданий, слова
