Как всегда, Кёсем сидела в дорогом кресле чуть дальше, чем середина гарема, а подле неё, на подушках, сидели дочери и Махпейкер Султан, также Айше приехала, чтобы попасть на праздник. Все веселились, были счастливы, однако Валиде не стала сообщать Айше причину праздника, сказав лишь, что это, чтобы все порадовались.
И тут, в гарем зашла Фара.
— Дорогу! Хасеки Симисшах Султан Хазретлери! — Махпейкер и Айше встали и поклонились, также поклонились все наложницы и рабыни со слугами. Симисшах была красиво одета, украшения и драгоценности, но особенно выделялась красивая корона Хюррем Султан, которую Симисшах надела на праздник. Когда Айше увидела эту корону на Симисшах, то уже вскипала от злости. Кёсем увидела это, и улыбнулась уголком губ. Она была счастлива видеть свою невестку красивой, и также, видеть, что, наконец, Айше знает своё место.
Симисшах хотела подойти и поцеловать руку свекрови, но Кёсем сказала этого не делать, и сама встала, и подошла к невестке. Та поклонилась. Кёсем подняла её лицо за подбородок.
— Замок Топкапы — единственный дворец, куда войдя рабыней, можешь выйти Султаншей, — сказала Кёсем, — когда-то сюда вошла прекрасная гречанка в облике ангела, но получила статус рабыни падишаха, и всячески пыталась сбежать. Однако, ей суждено было остаться, и стать его возлюбленной, его путеводителем, его «Кёсем». Не каждая наложница удостоится чести стать матерью наследника, но больше всего труднее стать возлюбленной падишаха. Однажды, наложнице это удалось, и она за полгода выросла настолько, насколько не вырастала ни одна наложница под этим куполом. Она получила свободу за день до смерти своего возлюбленного, стала его законной женой, и на следующий же день надела чёрное платье и вуаль, сняв при этом корону. Она стала Валиде Султан, сражалась за своих сыновей и дочерей. Она увидела убийство брата братом, увидела смерть тех, кого любила и любит, по сей день. Она стала Валиде Султан во второй раз. Прошла с сыном и огонь и воду. Увидела, насколько может измениться женщина, если любит, и то, что настоящая любовь даже в ссылке не может угаснуть. Она искала ту, которая сможет сменить её, кому может доверить гарем, своего сына, и своих внуков. Она нашла её! — такие слова тронули сердце Симисшах. — Мой сын подарил тебе величественный подарок, а под такую корону нужно достойное украшение, — улыбнулась Кёсем.
— Валиде, что вы! — воскликнула Симисшах. И тут она увидела, что Кёсем снимает со своего пальца изумрудный перстень. Симисшах ещё никогда не видела, чтобы Кёсем его не носила. — Ваш любимый перстень! — Кёсем положила его себе на ладонь и показала невестке.
— Перстень Хюррем Султан передавался от Султанши к Султанше, пока Сафие Султан не передала его мне перед своей смертью. Я не видела в гареме сына такой наложницы, которой также могла бы передать это кольцо. Но… — Кёсем посмотрела на Симисшах, — своим поступком ты заставила меня посмотреть на власть с другой стороны, Симисшах. Ты единственная Султанша, которой я могу его отдать.
Кёсем взяла кольцо в руку, и надела его на безымянный правый палец невестке. Симисшах была готова разрыдаться, но Кёсем вытерла её наступившие слёзы.
— Помни, что ты — Султанша, законная жена Султана Мурада хана, мать его двух детей, — улыбнулась Кёсем, — никогда не склоняй головы, даже передо мной и Мурадом!
Симисшах поцеловала руку своей свекрови и поймала гневный взгляд Айше — своей соперницы.
ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ…
Глава 28. Остриё меча
Жизнь в гареме шла своим чередом. Кёсем старалась поддерживать со всеми лишь дружеские отношения, особенно, старалась не «подливать» масла в огонь между Симисшах и Айше. Несмотря на то, что Айше жила с сыном в Манисе, она старалась приезжать с ним во дворец, чтобы встретиться и «дружески» пообщаться с Симисшах. Последний такой разговор закончился тем, что Айше, пытаясь в очередной раз вывести соперницу из себя, был отослана ею к Валиде. Айше была удивлена таким решением, конечно, Кёсем стало известно о таком поступке своей невестки, и оценила его по достоинству.
— Я не удивлена её поступку, Валиде, — сказала Гевхерхан, — Симисшах поступила правильно, выставив Айше за дверь, если бы разгорелся скандал…
— Симисшах, прежде всего — Султанша, — сказала Кёсем, отпивая глоток кофе, — Айше попыталась её разозлить, но Симисшах не поддалась, и поступила верно, в данной ситуации. Но Айше начала переходить все границы, даже приезжала к Махпейкер, чтобы выяснить отношения, однако в тот момент вмешался Кеманкеш, и беременная Махпейкер не стала влезать в спор.
