Глотнув холодного сока, я зажмурилась от удовольствия, а когда открыла глаза, с жадностью оглядела выходившего из озера Кьюра. Он шел уверенно, без напряжения, слегка размахивая руками, хотя плавал долго и словно норматив на скорость сдавал. Вода стекала с его потемневших, мокрых волос, с широкой груди, выставляя подтянутое, сильное мужское тело в наилучшем свете. Короткие плавательные шорты, облепившие его бедра, на мой взгляд, тоже подчеркивали мужественность моего лиамарила.
Допив сок, а то от такой мужской красоты аж в горле пересохло, поймала себя на желании томно потянуться и мурлыкнуть. Решила себе не отказывать – сделать приятное себе и Кьюру. И с восторженным писком ринулась к любимому в объятия.
Поймав меня, придерживая ладонями под ягодицами, заодно оглаживая их, Кьюр демонстративно проворчал:
– Ну наконец-то, заметила! Я старался-старался привлечь твое внимание, озеро вон вдоль и поперек переплыл, до дна нырнул, чуть не утонул, думал, ты волноваться начнешь, но – нет. Сидела, облака считала…
Хихикнув, обнимая любимого за шею и с удовольствием заглядывая ему в глаза, призналась:
– Я тренировала силу воли. Как долго смогу не смотреть на тебя, а главное, не виснуть на своем потрясающем воображении мужчине…
Выслушав меня, Кьюр хохотнул:
– Ты коварная женщина, Майя. Сводишь меня с ума комплиментами, я начинаю верить, что самый лучший. Вот привыкну и стану личностью, зависимой от твоего одобрения.
– Не страшно, привыкай. Я же тебя люблю! – заверила я, целуя подбородок Кьюра, губы, скулы, и ожидаемо ощутила его ответный, весьма твердый и горячий отклик.
– Я тебе верю… любимая. И с тобой ничего не боюсь! – признался Кьюр.
Потрясающе! И пусть смотрел на меня с коварно-лукавыми искорками, которые подсказывали, что мой мужчина говорил с далеко идущими намерениями, но как приятно!
Несколько минут мы плавали, охлаждаясь в воде от жары, брызгались, дурачились и целовались… целовались… Хотелось не страсти, ее нам с лихвой хватало в спальне, а вот такого уединения и нежности очень не хватало. Вернувшись на Амарил, как я и думала, большую часть времени Кьюра тут же заняла работа. Впрочем, скучать мне было некогда, да и он старался уделять мне внимание при любой возможности.
Вскоре Кьюр вынес меня на берег, уложил на лежак и занял соседний.
– Май, у меня завтра образовалось свободное время, я могу слетать с тобой в учебный центр и побыть вместе, пока тебе блок знаний по местной флоре закачивать будут. Согласна?
– Да! – радостно встрепенулась я. – Мне очень-очень облегчит работу база знаний по местной флоре и фауну. Руки чешутся приступить к работе в Парке древностей…
– Руки чешутся? – удивился Кьюр. – Может аллергия на что-то? Или местный паразит…
– Нет, это выражение такое, земное, – хихикнула я.
Он внимательно осмотрел мои руки и, не заметив на коже каких-либо изменений, успокоился.
– Ты уверена, что действительно хочешь там работать? – в очередной раз за две недели моего нахождения на Амариле, уточнил он. – Придется ежедневно тратить приличное время на перелет туда-обратно, да и сам парк занимает огромную площадь, работать там довольно тяжело. И есть опасности…
– Кьюр, – напряглась было я, но решила пояснить с мягкой настойчивостью. – Подобная работа – моя мечта. Как безопасность Лиамарила – твоя. Подумай, даже если я забеременею, работа в парке – это удовольствие, занятие по душе на свежем воздухе и движение – все что нужно для здоровья будущей мамочки. И детей потом с собой можно брать, чтобы познавали окружающий мир непосредственно…
– Все-все, я понял, принял, осознал, – усмехнулся Кьюр. – Умеешь ты подбирать верные слова, коварная женщина.
– Чуть-чуть, – пропела я, сведя большой и указательный палец почти до соприкосновения и сунув Кьюру под нос.
Продолжить разговор не успели, мне поступил важный звонок на кибер от спеца гирада, к работе с группой которого меня прикрепили как главного и самого важного консультанта. Эту неделю я практически висела на постоянной связи с ним и его помощниками: мы согласовывали оборудование мест проживания землянок и прочие бытовые условия.
Радовал оптимизм гирада, потому что расчет шел не на шестьсот девушек, щедрой рукой он приказал подготовить все для восьмисот. Как и гирад, и вся команда специалистов, я тоже надеялась на более современное оборудование и профессионализм лиамарилских ученых и медиков.
Для проживания землянок выделили целый жилой массив, с парком, кафешками, недалеко от заведений, где они будут проходить последующее обучение и реабилитацию. Поэтому мы занимались обустройством отдельных квартир, чтобы у каждой был свой «угол», уютный, комфортный, достойный, где, помимо забот о насущном, можно будет выплеснуть боль и горе от потери родных. При этом понимающие соседки поддержат и разделят опасения. Вместе всегда легче, о чем всем известно.
Мы обставляли и наполняли квартиры самым необходимым: бытовой техникой, посудой, предметами гигиены и прочими мелочами. Одежду девчонки и сами потом купят, дзаны есть, так что отвлекутся вполне возможно, получат удовольствие от шопинга в новой жизни.