Вот так получилось и у моих родителей. А если серьёзно, то в хате Чухлебов появился, какой-никакой, а достаток. Учитывая то, что у них до этого, вообще, было шаром покати. Отец рассказывал, что когда шёл жениться, так по пути два раза отдыхал — сил не было, настолько был истощён, поэтому то, что привезла собой невеста, было настоящее богатство. Из ценных вещей была, пожалуй, деревянная кровать. Родители ею очень гордились. Вещь по тем временам была очень редкая. На таких кроватях, как у моих родителей, спали, пожалуй, только господа. А тут батрак на ней спит со своей женой. «Диво да и только», — говорил местный народ. На этой модной кровати я тоже спал в детстве, но после того как мы с отцом ею занялись, на ней не спал уже никто. А получилось так.
Послевоенные годы 1946–1947 были для страны тяжёлые, неурожайные, страна у нас аграрная, значит, если в стране неурожай, то недостаток во всём. Вот и получилось так, что мыло в магазинах днём с огнём не сыщешь, а это самый рай для всякого рода паразитов. Развелись они в таком количестве, что просто беда. И нашу кровать они не обошли. Развелись и в нашей кровати эти красно-коричневые твари, да так их было много, что хоть караул кричи. Что делать, извечный вопрос россиян. Мыла нет, ни каких химикатов для борьбы с паразитами и в помине нет, и что остаётся, только народная смекалка. Вот мы с отцом и смекнули. Решили этих паразитов травить керосином. Вытащили кровать во двор, разобрали ее на части, обнаружили место скопления вредных существ и принялись их обильно поливать. Налили керосина столько, что они в нём плавают. Ну, всё думаем, теперь им крышка. Сели с отцом на скамейку и ждём, когда они утонут в керосине. Не знаю, какие клопы у других людей, но наши оказались хитрые и изощрённые. Им как-то удавалось выплыть из лужи керосина и перебраться на сухое место. Тогда мы начали поливать их керосином из двух бутылок. Паразиты выползают на сухое место, а мы с отцом поливаем. Залили всю кровать, а под нею и землю, они по ней ползают и по кровати и по залитой керосином земле, и хоть бы хны, ничего их не берёт. Чувствуем, что эта мера не достаточна. Решили их поджечь, чтобы они выгорели. Отец говорит: «Сынок, неси спички, будем тварей уничтожать огнём». Учитывая, что такую работу мы делали впервые, то некоторые детали мы не учли, а именно, кровать-то была вся в керосине. Но наша задача была уничтожить паразитов, и мы её рьяно выполняли. Когда подожгли, радовались, как эти паразиты корчатся в огне, и не заметили, как заполыхала вся кровать, а под ней и земля залитая керосином. Что делать, понятное дело надо тушить нашу дорогую кровать, а под руками ни ведра, ни воды нет. Затем я с ведром бегал от бочки к бочке, а тато усиленно тушил кровать, залил водой что надо, но было уже поздно. Кровать была желтого цвета, а остатки её стали чёрными. Но это ещё не всё, когда мы тушили пожар, то так шумели, что на наш шум из хаты вышла мама, увидев, что от кровати осталось, она выдала такую тираду, что у меня уши в трубочку свернулись. Нет, нет, мама не материлась, в нашей семье это не принято, но она нам с тато столько наговорила разных слов, но я их писать не буду. Скажу только, что вся её тирада сводилась к одной знаменитой поговорке: «Заставь дурака Богу молиться, так он и лоб разобьёт». А что делать, всё это похоже на правду, по этому поводу тато молчал, а я тем более. Пришлось вместо кровати делать полати. Позже, у родителей появилась металлическая кровать, в то время на них была мода. Ну ладно, с кроватью мы покончили, в прямом смысле этого слова, теперь давайте вернёмся к повествованию нашего исторического прошлого.
