– Знаешь, а частичная обнаженность – лучший крючок для жениха. Сама Илора в своей книге многократно описывала этот прием. Взять, к примеру, одно из ее самых узнаваемых дел, – я подалась вперед и взмахнула руками, – король умер, остались его жена и ее падчерица, законная дочь короля от прошлого брака. За мачехой – магия и влияние, а за дочкой – только горстка верных людей. Понятное дело, что наследница королеве точно кость в горле, от нее лучше бы избавиться. И королева в самом деле отдает приказ убить падчерицу на охоте. Но верные люди помогают принцессе сбежать, прячут в лесу и…
– Организуют переворот?
– Находят Илору! И дальше начинается чудо. Вот представь, выехал на охоту принц одного из соседних королевств…
– Не слишком они государственными делами заняты, постоянно по охотам разъезжают, – перебил Велемир, за что удостоился моего уничтожающего взгляда. – Ладно, ладно, молчу, но только ради описания голых девиц, они мне песни Инея напоминают.
Я поджала губы и изогнула бровь, намекая, что не каждый слушатель достоин моих потрясающих историй, но Велемир внезапно сложил брови домиком, отчего я не удержалась и прыснула от смеха, затем продолжила:
– Так вот, принц выехал на охоту, там погоня, эмоции… Вдруг натыкается на пещеру, решает передохнуть после дикой скачки и натыкается на спящую в хрустальном гробу красотку, слегка прикрытую парочкой лент. Ее ключицы беззащитно открыты, сочная грудь вздымается, крепкие округлые бедра…
– Давай уже ближе к делу, – оборвал меня царевич.
– Сам просил голых девиц, – я округлила глаза, но все-таки вернулась к рассказу. – Принц видит ее и целует.
– Прямо в бедра…
– История умалчивает, важно то, что после этого принц женится на ней, приводит свою армию, они свергают злую мачеху и живут долго и счастливо.
– Только гроб далеко не убирают, а то без него у бедолаги-принца не всегда получается поймать нужный настрой. И принцесса лежит в нем тихо-тихо, будто мертвая…
– Пошляк! – притворно возмутилась я. – Вообще-то в полной версии истории защитники принцессы рассказали принцу, что только его поцелуй снимет с нее чары злой мачехи.
– А раздели ее, чтобы принц видел, ради чего старается? Молчу, – он поднял руки вверх, когда заметил, что я набрала новую пригоршню воды. – Положим, с точки зрения этой Илоры, голые девушки интереснее одетых. Но если бы ты стала искать жениха себе, тоже бы раздевалась?
– Вот еще! Пусть фантазирует! Мне такой прямолинейный мужчина не нужен.
– А какой же нужен?
Я неопределенно пожала плечами. Как-то не думала об этом после расставания с Демьяном, не примеряла на себя роль невесты. Даже не смотрела на мужчин. Но если подумать просто теоретически…
– Надежным, чтобы я не боялась ему довериться, – произнесла я. – Умным, заботливым, аккуратным… Не знаю, это сложно. Хочется глянуть и понять, что это твой человек.
– То есть в принципе какой-нибудь царевич вполне бы подошел? – криво ухмыльнулся Велемир.
– О, боги!
В этот раз я не стала брызгать на него водой, просто встала и ушла. Ну как еще объяснить ему, в чем здесь проблема?
***
Ночь оказалась долгой. Велемир ворочался с боку на бок и никак не мог уснуть. И все эта Василиса! Дремлет сладко, раскидавшись в стороны, а ему смотри. Если отвернешься – еще хуже, ее запах щекочет ноздри, а приблизиться ради него – против всяких приличий. Но если Велемир будет и дальше столько о ней думать, то невестушка со своего одеяла перелетит прямо к нему на руки. Вот будет номер!
Поэтому Велемир встал, встряхнулся и решил пройтись. Пока собирался, Василиса потянулась во сне и забросила руки за голову, отчего ее рубашка натянулась, обрисовав грудь. Еще и простонала невразумительно, а его воспаленное воображение тут же придало этому нужных интонаций.
Нет, нельзя на такое смотреть. Лучше вон, на Любашу. Та спящей походила на сытую кошку, свернувшуюся в клубок. Умилительно подложила руку под щеку и тянула колени к груди, еще и одеялом укрылась странно, точно пушистым хвостом. Так она казалась куда младше и беззащитнее, вызывая совсем иные чувства, чем Василиса, просто отдых для глаз и разума.
Велемир невольно улыбнулся ей, затем услышал тихое фырканье, обернулся и наткнулся на тяжелый осуждающий взгляд коня. Тот потряс головой и поднял верхнюю губу, обнажая длинные, хищные зубы. Снова фыркнул и кивнул на Василису. Мол, у тебя и так девушка есть, на нее глазей, а от моей проваливай!
Просто чтобы не сдаваться так быстро, Велемир тоже ощерился и подпустил в глаза волчьего блеска. На это конь странно закатил глаза и мотнул головой, намекая, что не особенно испугался. Странный он все же, надо будет расспросить Любашу, откуда взялся.
Но дальше играть в гляделки с конем было глупо, поэтому Велемир нехотя ушел с поляны, дальше перекинулся волком и побежал уже на четырех лапах, вдыхая сотни новых запахов. Василисин на их фоне отступил и потускнел, но все равно не отступил, будто навечно поселился у него внутри. Хотелось вернуться к невесте, зарыться носом в шею и вдыхать ее землянично-травяной аромат, пока не станет дурно, прикасаться к гладкой коже…