Это я и собираюсь сделать. Но тут раздается звонок. Рустам. Со страхом смотрю на экран телефона, не решаясь ответить. Как только звонок прекращается, хватаю телефон и отключаю его.
Я не хочу сейчас с ним говорить. Не могу. Хотя прекрасно понимаю, что наш разговор неизбежен.
На следующее утро встаю рано. Мария Эдуардовна уже ждет меня за завтраком. Не расспрашивая ни о чем, она просто говорит, что рада, что я решила пожить у нее. Если мне надо перевезти какие-то вещи от Рустама, водитель это сделает. Я внутренне радуюсь, что это позволит мне избежать встречи с ним, и довольно киваю.
Через пару часов к нам приезжает Роберт и напоминает о своем обещании отвезти меня на каток. Мне не хочется. Настроения куда-то ехать нет совсем. Утром я включила телефон и там было двадцать пять пропущенных от Рустама. И я снова выключила телефон. Не хочу с ним разговаривать.
Под давлением Марии Эдуардовны еду-таки с Робертом. Но на катке соглашаюсь лишь с трибуны понаблюдать за тренировкой профессионалов. Беру автограф у известного фигуриста и даже делаю с ним селфи.
В целом, мне очень нравится и я даже почти забываю о событиях последних дней.
Вернувшись домой, узнаю, что приезжал Рустам.
Мария Эдуардовна рассказывает мне, что он не поверил, когда ему сказали, что меня нет дома. Сам лично прошел в мою комнату убедиться.
— У вас точно все в порядке? — спрашивает она меня.
Пожимаю плечами. Я никому не собираюсь рассказывать о том, что связало нас с Рустамом. Надеюсь, что не навсегда. Но надолго точно.
— Я спросила его про вещи, — добавляет Мария Эдуардовна. — Он сказал, чтобы ты позвонила ему насчет этого. Он сам не уверен, как сделать правильно.
— Хорошо, — соглашаюсь. — Позвоню.
Иду к себе в комнату.
Можно было бы вообще забыть об этих вещах. Пусть бы там и оставались. Среди них не было чего-то особенного.
Единственное, что мне нужны учебники.
А Рустам, значит, хочет, чтобы я сама позвонила. Хитрый ход.
Долго сижу и просто смотрю в окно. Собираюсь духом. Просто взять и позвонить. Не отвлекаться. Не вестись на провокации. Только по делу. Мне нужны мои вещи. Он не может не отдать их мне.
Набираю. Он отвечает не сразу, а на третий звонок.
— Да, — сразу же по голосу слышу, что он пьян.
— Рустам, — говорю спокойно, — мне нужны мои вещи. Учебники, одежда…
— Ах, это ты, — не дает мне договорить. — Ты почему не отвечаешь на звонки? Где ты была сегодня? С кем?
Мне не нравится этот допрос и его тон.
— Рустам, вещи мои передай водителю.
— Отвечай на вопросы! Сука! — орет он в трубку. — С Артуром была? Дала ему уже? Раздвинула ноги?
Не в силах больше слушать это, сбрасываю звонок. Но Рустам тут же перезванивает. Отвечаю.
— Никогда так больше не делай, — шипит в трубку. — Еще раз сбросишь звонок и я ночью приду к тебе. В окно. И переломаю пальчики, которые жмут не на те кнопки.
Он говорит это таким тоном, что дрожь пробегает по всему телу и я вздрагиваю.
— Рустам, пожалуйста, я не хочу с тобой ругаться. Просто отдай водителю мои вещи.
— Сама приезжай и забери, — усмехается он.
— Рустам…
— Тебе надо — сама приезжай и забери. Все. Никому я твои вещи передавать не буду. Жду тебя завтра.
И он сам кладет трубку.
Остаток дня я думаю о том, что надо ехать за вещами. Нельзя показывать, что боюсь его. Что он мне сделает? Он знает, что я живу у Марии Эдуардовны. Знает, что я могу рассказать ей все. Он побоится причинить мне зло.
Кроме того, я решаю ехать не одна.
Подъехав к дому Рустама, я не сразу выхожу из машины. Мне надо собраться духом. Но я должна это сделать. Сама.
Подхожу к двери. Только заношу руку, чтобы постучать, как она сама открывается. Рустам хватает меня за руку и тянет внутрь.
Сразу же прижимает к стене. Смотрит прямо в глаза. Отворачиваюсь. От него пахнет алкоголем.
А еще он без майки, в одних шортах, в которых уже четко видно его возбуждение.
— Пришла… — он проводит носом по моей щеке. — Я ждал тебя, Настя. Ждал.
— Я пришла за вещами, Рустам. Дай мне пройти в комнату.
Пытаюсь оттолкнуть его. Но он еще сильнее прижимается ко мне. Даже через ткань чувствую его горячую грудь и как бешено бьется его сердце.
И мое сердце тоже начинает стучать в его темпе.
— Настя… — он целует меня в шею и руками проходится по телу, надавливая, сминая, сжимая.
Причиняя боль. Но боль такую сладкую.
Чувствую, как мысли начинают кружиться в голове. Господи, сколько я мечтала об этом, сидя в своей комнате. Сколько раз просыпалась ночами в ожидании, когда же он перестанет просто смотреть, а первым прикоснется ко мне.
И вот сейчас он трогает меня. Нет, не нежно. Жадно. Властно. Нетерпеливо.
Но я понимаю, что должна остановить это.
— Рустам, — говорю и трясу головой, пытаясь отстраниться от его губ. — Я не хочу. Я пришла за вещами. Отпусти меня.
— Нет, — сжимает мои предплечья и впивается в губы.
Я плотнее сжимаю их. Нет. Я не отзовусь. Теперь нет.
Вижу по глазам, что его это злит.
Он отходит и в глазах появляется нехороший блеск.
— Нет? — рычит. — Нет?
