Малакай тяжело вздохнул и откинул голову на подголовник кресла.
Коньячного цвета глаза Бастиана, что святились в полумраке помещения, излучали спокойствие.
— Я рад, что ты жив, Орион. На этом всё. Что сделано, то сделано. Я надеюсь, судьба с ней тебя больше никогда не сведёт.
Мне стало смешно. Парни посмотрели на меня как на душевнобольного.
— В этом-то вся и ирония, братья мои.
— И в чём же, наш принц?
— Девушку звали Фейт.
— Храни нас вечное пламя Ада, — и колдун, схватившись за переносицу, рассмеялся.
Звякнули бокалы. В борделе заиграла музыка, и к молодым людям присоединились полуобнаженные суккубы.
Фейт
Пока Иордин был на совещании, я успела добежать до обители Света. Насыпав в сумку побольше кристаллов телепортации, выхватила из стеллажей пару колб и зачерпнула из фонтана воду вечности. Как я и думала, уже к закату вход в обитель был запечатан заклинаниями.
Говнюк!
Несколько дней я демонстративно бродила по садам, отдыхала в тени деревьев и рассаживала цветы и лекарственные травы. А под покровом ночи кралась в лаборатории. Готовила масла, мази и пилюли, высчитывала пропорции и разводила эликсиры, чтобы человеческий организм мог выдержать. Убиралась в библиотеке. Ну, как убиралась, переставляла книги. То, что мне было нужно и интересно, хранилось в библиотеке архангелов, а туда мне теперь дорога закрыта.
Каждое утро я приносила в покои Иордина свежие цветы. Зачем я это делала, ума не приложу, ему было на них плевать, и за четыреста лет он ни разу не сказал, что они прекрасны, или хотя бы простое «спасибо». Наполняла кувшин горячей водой с перетёртой мятой и лимоном с добавлением ложки мёда, а на ночь желала приятных сновидений. Под покровом ночи перемещалась в мир людей, оставляла мешочки с приготовленными лекарствами и быстро возвращалась на Небеса. Весть о том, что наследник демонов мёртв, облетела все три царства. В Серебряном городе все успокоились, считали, что после жестокого сражения и потери нескольких генералов и принца жители нижнего мира зализывают раны. Представители Ада не высовывались, а если и гадили Небесам, то втихаря и без следов. Архангелов осталось восемь, и вполовину сократилось небесное войско. Цена победы. Средний из миров потихоньку отстраивался заново, жизнь возвращалась в прежнее русло. Так прошло полгода. А мне с первой ночи после войны как снились сожжённые тела на площади, так и продолжали сниться. И ещё иногда сияющие бирюзой глаза.
Так, барахтаясь в кровати, проснувшись от очередного кошмара, я вспомнила мерцание глаз Ориона и его улыбку.
Рука потянулась к губам. Мой первый поцелуй, и он был с демоном — прекрасно.
Человеческие девушки часто сплетничали между собой о парнях, об их сильных руках, страстных губах, горячем языке и о том, как хорошо они умели им пользоваться. Тело помнило. И внизу живота предательски сжалось что-то.
— Вот же дьявольское отродье!
«Ангельское, — подсказало сознание. — Принц был рождён ангелом».
Я скучала по Элпис, по Мире, по ворчливой Аурике, по мальчишкам с площади, что палками гоняли круглую железяку и получали нагоняй от торговцев.
Мироздание, надеюсь, они остались живы.
Скучала по песням, что пели барды в воскресенье на улицах, по танцующим гражданам, их смеху и плохим словам.
Я поняла, что этой ночью мне не заснуть. Встав с кровати, вышла в сады.
Как прекрасен небосвод, чистое звёздное небо.
Легла на траву и стала рассматривать созвездия.
Вот Полярная звезда, Большая и Малая Медведица, Кассиопея, Альтаир, там Лебедь, Сириус, созвездие Тельца и созвездие Ориона.
— Мироздание, да ты издеваешься!
— И чем же оно тебе не угодило?
Я дёрнулась в испуге. Как он подошёл так незаметно?
— Иордин, доброй ночи вам.
— Доброй, Фейт. Не спится?
— Нет. А вам?
— Я только что вернулся из мира людей.
— Нам ожидать хороших новостей или плохих?
— Никаких.
— Отсутствие новостей — это уже хорошие новости, разве нет?
Иордин не ответил, а по его лицу невозможно прочитать, что он думает. Маска. Непроницаемая маска. Он взглянул на небосвод.
— Порядок, контроль и внемление к словам Небес, вот что должно быть во всех мирах.
Он развернулся и зашагал в сторону святилищ.
— Приятных сновидений вам, — пожелала я ему в спину.
Ответом мне была тишина ночи.
Первые солнечные лучи стали освещать Серебряный город. Они с особым упорством пытались пробиться сквозь закрытые веки. И в итоге я их распахнула.
Шея затекла, поясница болела. Я провела ночь в саду — прекрасно. Озираясь по сторонам, поняла, что обитатели Небес ещё не проснулись. Быстро отряхнувшись, пошла в свою комнату. На сегодня у меня намечался важный разговор, нужно подготовиться как морально, так и физически, как минимум вытряхнуть траву из волос.
Ближе к полудню я постучала в покои Иордина.
— Войдите!
— Доброго вам дня, Иордин.
