Во вторую часть подчинения меня тоже приказали не посвящать? – Голос был полон гнева. Поймав удивленный взгляд, и не дожидаясь, когда она всё поймет и соизволит ответить, я оттолкнула девушку и пошла дальше. Ещё издалека я услышала разговор Косова с матерью. Та, уже видимо не в первый раз, просила сына перестать пить алкоголь в доме, подавая дурной пример Юле. Он лишь фыркнул и заявил, что этот вопрос будет решать сам, после чего развернулся и направился к лестнице, где и столкнулся со мной лицом к лицу. Я, кипя от гнева и находясь под влиянием эмоций, выхватила из его рук стакан с какой-то янтарной жидкостью и выплеснула на него. Макс успел вовремя зажмуриться и алкоголь, стекая по лицу и капая с кончиков волос, не попадал в глаза.
Фыркнув, Косов открыл глаза, метавшие громы и молнии и заставившие меня мгновенно пожалеть о своем поступке. Ойкнув и прикрыв рот ладонью, я отступила на шаг, он решительно шагнул навстречу, мы двигались в ритме танго, пока я не уперлась спиной в стену. Я машинально отметила, что уже не в первый раз оказываюсь в таком положении. Макс подошел ко мне вплотную и, не касаясь, провел рукой вдоль щеки, при этом его рука дрожала, будто он хотел меня задушить, но сдерживался. Удивительно, но я была уверена, что он этого не сделает.
Никогда так больше не делай. – С придыханием, отрывисто и напряженно проговорил парень, глядя в мои испуганные глаза.
Почему ты приказал не говорить мне о подчинении? – Набравшись смелости, спросила я и поразилась тому, насколько твёрдо звучал мой голос. Затем, решив, что если идти, то идти до конца, добавила ещё два вопроса, прозвучавших ещё более гневно и уверенно, чем первый. – Ты вообще собирался рассказать мне о том, что я должна тебе подчиняться? А о том, что ты сам должен меня слушаться?
Я дал тебе печатку лишь для того, чтобы ты могла выходить за территорию поместья. Я не собирался пользоваться третьим значением, но если ты так настаиваешь. – Последнюю фразу Макс твёрдо и немного угрожающе, практически прошипел, после чего оттолкнулся от стены и, развернувшись, сделал пару шагов назад. Затем, будто только что вспомнил, добавил: – И раз уж мы заговорили о недоговорках, когда ты собиралась рассказать мне, что завтра у тебя встреча с человеком, которому я запретил появляться рядом со своим домом?
С какой стати я должна рассказывать о своей личной жизни? Это тебя не касается. – Ответ получился довольно резким, резче, чем мне хотелось бы.
В таком случае тебя не касаются мои решения. – Парировал он.
Но я ношу это чёртово кольцо и меня касается его история! – Воскликнула я. Он не ответил, удаляясь от меня. Я понимала, что он прав, но ведь меня действительно это касается и я должна знать, во что ввязалась, стараясь угодить Марии Николаевне. На секунду мне показалось, что если бы Макс сам рассказал мне всё с самого начала, всё сложилось бы по-другому, но я тут же отбросила эту мысль. Ненавижу его. Зачем он вообще вернулся? Сидел бы и работал в своей Америке. Придя в себя, я решительно зашагала на кухню, не обращая внимания на прислугу, сервирующую для меня стол в главной столовой.
Катерина, можно я поем здесь? – Попросила я женщину, снова появляясь в её царстве кастрюль и поварёшек. – Пожалуйста, я не хочу сейчас сидеть в столовой у всех на виду.
Повариха видимо что-то поняла, поэтому просто кивнула и полезла в холодильник. Передо мной появились тарелки с разнообразными салатами, закусками и ведёрко с мороженым. На мой протест, о том, что не следует, есть то, что явно приготовлено на завтра, она не обратила внимания, лишь лениво отмахнулась. Я, тоже решив не беспокоиться, схватила ложку и принялась сразу за мороженое. Пока ела, не заметила, как выложила Катерине всё о дневнике, кольце и происшествии в холле.
Я понимаю, что не стоило так поступать, и он разозлился по праву, но я не могла удержаться. – Голос звучал удручённо и немного обиженно. Моя слушательница искренне рассмеялась, приложив руку к сердцу:
Ой, не могу, давно надо было это сделать. – Сквозь приступы смеха проговорила она. – Удивительно то, что ты осталась жива. По твоим словам, он смотрел, как зверь на добычу.
Удивительно то, что он ничего не сделал в ответ. – Отправляя очередную ложку в рот, задумчиво проговорила я.
Поверь, девочка, этот парень себя ещё покажет и сделает не мало…
Звучит как пророчество. – На моих губах появилась горькая ухмылка. Злость потихоньку проходила, уступая место раздражению на то, что в этом доме все меня ни во что не ставят, особенно Косов. Спустя минуту, к мыслям подключилась моя совесть, пытаясь донести до мозга, что мой поступок в корне не правильный и что с моего приезда Макс вел себя вполне приемлемо, если не брать в расчет вечер первого дня и случай в коридоре. Отдал мне кольцо, хотя мог этого не делать, защитил тогда в лабиринте.… Но я упрямо и, кажется, успешно доказывала совести, что как ни крути, недостатков больше.
