Я почувствовал на своих лопатках ласковое женское прикосновение, на секунду расслабился, прикрыл глаза от удовольствия и тихо, медленно выдохнул. «Неужели всё настолько плохо, что она решила вернуться и позволить мне закончить начатое в гостиной?»
Вдруг, нежные пальцы сменились легким царапаньем ногтей, и я понял, что это не она. Резко развернувшись, я схватил девушку за руки. Алеся. Я брезгливо отбросил её руки и лег на кровать, намереваясь игнорировать эту сучку и просто попробовать уснуть, если смогу. В очередной раз мой же маневр обернулся против меня.
Ты не рад мне. – Констатировала она уже общеизвестный факт.
Наконец ты это поняла. – Устало отозвался я, устраиваясь на подушках и закрывая глаза.
А я вижу, ты очень напряжен, – в её голосе появились игривые нотки. – Где же твоя рыжая наивная девочка?
Скоро должна прийти. – я был уверен, что так и будет, так что почти не врал. Она явится сюда. Хотя бы для того, чтобы убить меня. Последняя мысль вызвала у меня улыбку, но я был удивлен, услышав смешок Алеси, и на минуту подумал, что она научилась читать мысли.
Сомневаюсь. Недавно я видела, как она ушла на кухню, а потом слышала, как она жаловалась Катерине и ругала тебя, на чем свет стоит. Честно говоря, никогда не любила эту старуху – твою повариху, но Ане она, похоже, нравится, так что сюда она не придет. А я могу помочь тебе снять напряжение. – Я почувствовал, как прогнулся матрас и распахнул глаза. Девушка, изогнувшись, как пантера, стояла на коленях надо мной и смотрела мне в глаза. Я снова откинулся на подушки, а Алеся, приняв это за поощрение, поднялась выше и оставила легкий поцелуй на моем животе.
Знаешь, я на многое готова, тебе стоит только сказать, – ещё один лёгкий поцелуй на животе, напоминающий другой, такой же лёгкий, но более невинный.
Я запустил руку в её густые, светлые волосы, такие густые, что, казалось, моя ладонь потерялась в них. Пуговица на моих джинсах расстегнулась, но Алеся продолжала целовать мой живот.
Только скажи, и я сделаю.
Я думаю…
Только позволь, – продолжала жарко уговаривать девушка. Я потянул её на себя. Она, поняв намек, начала подниматься выше, оставляя на груди дорожку из поцелуев.
Да, пожалуй… - пробормотал я.
Что?
Пожалуй, кое-что ты можешь сделать для меня, – наши лица находились так близко, что я чувствовал её дыхание на своих губах. Не открывая глаз, я представил, как она сейчас выглядит в черном белье, чулках и длинном бледно-сиреневом халате. Я взял её лицо в ладони и нежно провел пальцами по скулам. Она тихо застонала, прижимаясь к моим рукам.
Только скажи. Что я могу сделать для тебя?
Иди к черту, Алеся, – ласково, с придыханием и нежной улыбкой пропел я уже глядя ей в глаза и наслаждаясь её удивлением и недоверием. Она резко сбросила мои руки со своего лица и, возможно, сделала бы ещё что-нибудь, но входная дверь распахнулась.Аня.
А ты времени даром не теряешь. – едко проговорила я, наблюдая картину, разворачивающуюся на кровати. Затем, поддерживая образ ревнивой девушки, подошла к Алесе, стащила её с Косова и успешно вытолкала её за дверь. Девушка, кажется, была обескуражена таким поворотом событий. Вернувшись на пару шагов назад, я подобрала потерянный ею пеньюар и выкинула его ей в лицо.
Кажется это ваш пеньюар, мадам. И на вашем месте я бы не сверкала полуголой задницей, внизу люди и им сейчас открывается прекрасный вид. Теперь ты! – я гневно указала пальцем на Косова и захлопнула дверь перед самым носом блондинки.
Что я? – поинтересовался Макс, так и не дождавшись от меня продолжения.
Ничего. Заткнись и не гавкай. – рявкнула я, схватила синюю пижаму и направилась в ванную. Несмотря на то, что днем всё ещё было тепло, ночью и ранним утром было холодно. Вышла я уже готовая ко сну.
Да ты злишься! – с довольной улыбкой отметил Макс.
Нет, я вне себя от счастья, – язвительно отозвалась я. – А то, что ты стащил с меня трусы прямо при всей твоей семье, когда кто-нибудь мог это заметить, меня радует особенно. Кстати, где они?
Здесь, – он похлопал по правому карману. – Хочешь забрать их?
Да.
Подойди и забери, – блеск в его глазах меня насторожил, к тому же сейчас он был полуголый, возбужден и лежал на кровати, так что подходить я не решилась.
Можешь оставить себе, – недовольно пробурчала я, стараясь на него не смотреть, а он рассмеялся, и я поняла – издевается, как и в день своего рождения.
Я не понимаю, почему ты так злишься, тебе ведь понравилось.
Почему я злюсь?! – взорвалась я. – Он ещё спрашивает! После того, что ты сделал, а потом просто ушел, ты ожидал увидеть меня в другом состоянии? Разумеется, ты – то нашел себе развлечение, а мне что делать?
Ах вот в чем дело! Так иди сюда, мы всё исправим. – соблазняюще проворковал он, потом запрокинул голову и, приподнявшись на локтях, расхохотался. Однако, увидев, что я схватила подушку, прекратил. – Ты куда?
