Я, конечно, понимаю, что вам всем очень весело, но мы опаздываем на прием, – раздался сбоку бодрый голосок Насти. Кое-как ребенка стащили с повара, клубок распутали и всех поставили на ноги.
Как ты себя чувствуешь? – участливо поинтересовался Макс.
Как после асфальтоукладчика, – сказала я, когда мы шли наверх.
Меньше слов, больше дела, твое платье лежит у Макса в комнате, – торопила нас Анастасия. – Аня, слава богу, на тебе нет вчерашнего сарафана, он тебе не шел. Максим, не понимаю, зачем ты вчера просил меня уговорить её надеть его.
Зато я, кажется, понимаю зачем, – сквозь зубы прорычала я, когда мы вошли в комнату, снова наполняясь возмущением. Оказывается, вчерашняя его выходка не спонтанна, а тщательно спланирована!
Не злись, – саркастически улыбнулся он, своей живой веселостью снимая мое раздражение. – Тебе ведь понравилось, и не отрицай. Так тебе понравилось то, что ты видела утром?
Нет, – огрызнулась я, а он снова подошел ко мне вплотную и взял меня за запястья, лишая свободы действий.
Врешь, – выдохнул он, обдавая мои губы теплым дыханием. – Признайся, понравилось же, – я молчала. – Давай же, скажи это.
О да, ты великолепен! Доволен? – выдохнула я с ноткой сарказма и поразилась тому, как естественно и правдиво прозвучали мои слова.
Нет, но сейчас буду. От одной минуты ведь ничего не изменится?.. – он приблизил свои губы к моим. На этот раз почему-то я не задалась одним вопросом, это казалось мне как никогда правильным. Ещё секунда и он поцеловал бы меня, но вдруг дверь распахнулась и на пороге застыла моя мать. С минуту она переводила взгляд с меня на Косова и обратно, но потом отмерла и прошла в комнату. Макс меня выпустил, и я отпрянула от него.
Молодой человек, могу ли я попросить вас, нас оставить? – чопорно, чего я раньше за ней не замечала, попросила она.
Да, конечно, – ответил Макс и направился к двери. В отличие от меня, он не выглядел ни сконфуженным, ни взволнованным. Спокоен и рассудителен, как всегда. Макс вышел, а я осталась с мамой наедине. Она явно была напряжена и ошарашена. Я стояла и не знала, что сказать, к счастью разговор она начала сама, немного разрядив атмосферу.
Скажи, - голос звучал как-то жалко и надтреснуто. – У вас с этим мальчиком что-нибудь было?
Нет! Ты что? Нет, конечно! – в панике воскликнула я. Такой вопрос меня шокировал. Даже больше чем шокировал. Я думала, что мои родители знают меня гораздо лучше, чем есть на самом деле.
Прости, я не хотела тебя обидеть, - тут же стушевалась мама, видя, как я покраснела от возмущения, и как расширились мои глаза. - Просто вы с ним ведете себя далеко не как друзья, а скорее, как пара, и эти странные, двусмысленные фразы... Что произошло за эти недели? Раньше ты даже видеть его не хотела.
Да, это так, но за те же дни, что я здесь, действительно многое произошло. Это долго и трудно объяснить, но я обещаю, что ничего не будет, и давай закончим этот разговор, пожалуйста.
Хорошо, – нехотя, поджав губы, согласилась она. – Но имей ввиду, учитывая то, что я о нем знаю, он мне не нравится. Этот парень хорош для дружбы, но я не хочу, чтобы ты заводила с ним отношения.
Хорошо, – подытожила я наш разговор. Внутри я понимала, что если Макс попросит, мне придется вести себя ещё более откровенно.
Накатило волнение. Я не ожидала, что придется снова пережить подобное торжество. Разговор с мамой только сильнее заставил меня нервничать. Несмотря на то, что я внешне успокоила её, она мне не поверила, и я это почувствовала.
На этот раз Настя приготовила мне красное платье с наполовину оголенной спиной, широкой юбкой и огромным разрезом спереди, превращающим юбку в шлейф. К нему прилагалось ожерелье из жемчуга и такие же серьги. В таком наряде я выглядела, как настоящая светская львица, которая всю жизнь провела в высшем обществе. Макияж пастельных тонов и оставленные распущенные, тщательно расчёсанные волосы довершали образ.
Раздался тихий стук в дверь. В первый момент я подумала, что мои родители перед отъездом что-то забыли и вернулись, но в комнату вошла Элеонора Бланш. Я удивилась её появлению, до этого мы не общались наедине, я немного её побаивалась и не понимала, что она делает в поместье.
Вы что-то хотели?
Да, я хотела побеседовать с тобой. - мягко и дружелюбно ответила она, присаживаясь на кровать. Даже это простое движение она проделала с необычайной грацией для своих лет. Я почувствовала себя не уютно.
О чем?
Ты носишь кольцо Максима, ведь так? - начала она. - У меня есть просьба, но, прежде, чем я её озвучу, должна спросить: что ты думаешь об этом парне и что чувствуешь, находясь рядом с ним? Отбрось свою неловкость и смущение, я хочу услышать от тебя правду.
Я была удивлена подобным вопросом, но всё же решилась ответить.
