Присаживаюсь напротив, игнорируя его протянутую ладонь, вешаю пальто на спинку стула и, сложив руки на груди, приготавливаю свои уши для длинной лапши, которую Вова вероятно собирается мне навешать.
– Привет, Мариночка. Ты прекрасно выглядишь. Что тебе заказать? Чай, кофе или может что-то более сытное?
– Нет, ничего не нужно. Говори, что хотел и покончим с этим. – грубо бросаю в ответ и из последних сил держусь, чтобы не отвести взгляд от его голубых озёр, в которых так и хочется утонуть.
Глупое сердце, очнись! Не смей делать даже ни одного удара ради него! Но этот орган не слушается и продолжает свои быстрые гулкие удары о грудную клетку, вызывая во мне приступы отдышки.
– Я не буду просить прощения, потому что знаю, что не достоин этого. Просто хочу, чтобы ты знала, я искренне сожалею и раскаиваюсь за свою глупость и слабость. – запуская пальцы в свои волосы, говорит Владимир, и его голос так правдоподобно дрожит, что я на секунду верю ему, всего на секунду.
– Это всё ?
– Нет, постой! Не уходи пожалуйста. Почему?
– Что почему?
– Почему ты не сдала нас? Когда алкоголь и травка отпустили меня, я чуть с ума не сошёл осознав, что произошло. Шарахался собственной тени ожидая, что за мной придут. Я прекрасно понимаю, что в тюрьме бывает с насильниками, тем более учитывая все подробности. Так почему? Почему не отомстила за себя?
– Почему? А что бы это изменило? Это очистило бы твою совесть, но не мою испачканную душу. К тому же я не знаю точно, кто там был кроме тебя. – я отвечаю правду, и скорее всего именно по этому я не сказала родителям, что именно произошло, потому что тогда разразился бы скандал и кроме этой шайки о моем позорном унижении узнал бы весь город.
– Ты можешь мне не верить, но я ведь на самом деле испытывал к тебе чувство… – наконец начинает нести то, что я называю лапшой Вова, а я закатываюсь истеричным смехом.
Нет, мне не смешно, это такая защитная реакция на боль, которую он причиняет своими словами.
– Малышев, не смеши меня. Твои извинения я выслушала и не принимаю их. Поэтому выполни своё обещание и отвали от меня.
– Я говорю правду. Ты мне нравилась, но пойми меня! Ты была забитой простушкой, а я популярным парнем, за которым бегали все девчонки. К тому же я общался с парнями старше себя и должен был держать лицо, чтобы меня не вышвырнула из компании. Сейчас я понимаю, как это низко и глупо, но тогда популярность и уважение друзей стояли на первом месте. Но ни к одной «Барби» я не чувствовал тех эмоций, что ощущал к тебе. Я и сейчас это чувствую, и теперь никто не помешает мне делать то, что я хочу, а хочу я тебя Марина.
Честно даже слегка отвисает челюсть от такого пламенного монолога.
Я смотрю в лицо мужчине и понимаю, что его речь задевает меня за какие-то невидимые ниточки. Моё самолюбие хлопает в ладоши и смеётся, а гордость кричит послать это чудовище далеко и надолго, сердце же тихо умоляет простить и снова поверить, потому что эти синие глаза не могут так искренне врать, не теперь, когда за спиной столько ошибок.
– Мне нужно идти. – не найдя что ответить подскакиваю на ноги, но мужчина успевает схватить меня за руку.
– Я все сделаю, чтобы быть с тобой, чтобы ты снова полюбила меня.
– А как же твоя жена и дети? О них ты забыл или уготовил мне роль любовницы?
Меня не волнует честно, что он там задумал, я не собираюсь подпускать его к себе , но всё же решаю напомнить влюблённому, что у него вообще-то есть семья, чисто ради женской солидарности к его жене.
– Ленка ? Мы уже давно живём, как чужие люди. На развод не подавали только из-за детей, но Лена больше не хочет так жить. У неё есть новый мужчина и она хочет узаконить отношения с ним. Поэтому, милая, у нас с тобой всё будет хорошо.
Смотрю на Владимира и понимаю, что вероятно нашему новому кардиологу тоже нужно получить определённую справку от Максима. У него ведь явно поехала крыша! Я бы на его месте исчезла, как только узнала, что я это та пухлая, которую они опустили вместе с друзьями, а он наоборот решил со мной отношения построить. Идиот.
– Я тебе не милая – это раз! У нас никогда ничего с тобой не будет – это два! И если не прекратишь, то я всем расскажу какой ты мудак – это три!
Вылетаю из кафе как ошпаренная. Мысли путаются и хочется кричать от досады. Лучше бы он смеялся и издевался надо мной, чем признавался в любви. Мой защитный панцирь просто трещит по швам каждую минуту и норовит выпустить наружу все эмоции и чувства, которые я так бережно запрятала. Я не хочу снова становиться прежней! Я просто уже не знаю, как жить по-другому.
Понимаю, что срочно нужно отвлечься, только совершено не знаю как. Друзей, подруг и даже знакомых у меня нет, поэтому кафе, рестораны и клубы отменяются. Напиваться в одиночестве вне стен дома это слишком опрометчиво для меня.
Ходить по магазинам тоже желания нет, кучу бесполезных вещей я уже накупила в прошлый раз.
Кино? Театр? Цирк?
