Захожу в ванную комнату и включаю воду. Затем снимаю остатки одежды и погружаюсь в райские объятия прохладного душа. После слегка коряво, но провожу все процедуры, к которым привыкла и, накинув лишь лёгкий шёлковый халатик, бреду в кухню, чтобы соорудить себе закусь к оставшейся водке. Снова разум отмечает, что во время моего прихода свет в гостиной горел, а теперь он погашен, но я отмахиваюсь от всех предостерегающих мыслей.
К черту все! Просто лампочка перегорела! У меня два кодовых замка, которые я лично закрыла и открыла. Здесь нет никого, кроме моего богатого воображения и страха.
В кухне ставлю свою бутылку на стол и засовываю свое тельце в холодильник, чтобы найти что-нибудь перекусить. Еды особо нет, но сыр с колбасой имеется, что очень радует меня.
К черту эту диету! Избавление от лишних килограммов не принесло мне счастья, а уж поддержание своего веса и подавно. Я люблю сладкое! Люблю вкусные и сытные блюда! Итак жизнь не сахар, не стоит лишать её и внешних искусственных источников удовольствия…
С подобными мыслями закрываю дверцу холодильника и поворачиваюсь, чтобы разложить продукты на столе.
Шок! Руки резко становятся как две безжизненные тряпочки, и из них всё валится на пол.
Раньше, как врач, я точно была уверена, что за секунду протрезветь не возможно, даже благодаря специальным препаратам и промыванию желудка, но видя перед собой ехидную улыбку Владимира, я становлюсь трезвой как стёклышко всего за секунду.
Хочу кричать, но голоса нет! Хочу плакать, но слезы будто из жидкости превратились в лёд и теперь режут мои веки. Хочу убежать, но тело уже не слушается меня, оно словно окаменело.
– Так приятно наблюдать за тобой, солнышко… – шепчет мужчина и убирает за ухо прядь моих волос.
От его прикосновений становится и холодно, и жарко одновременно. Тело трясёт, но совсем не от возбуждения и даже не от страха. Это какое-то новое чувство, ранее мне не известное. Слезы начинают ручьями стекать по глазам, потому что я понимаю, сбежать не получится . Мой дом, который я считала спасением и некой крепостью, станет моей тюрьмой, скорее всего даже могилой, потому что точно не смогу выбраться и собрать себя по частям в очередной раз.
Хочется броситься на него с кулаками, кричать, рвать зубами его ненавистное тело, но стою словно статуя, без единого движения.
– Ты плохая девочка, Маришка! Смотри что я нашёл, пока ждал тебя. – мужчина смеётся и машет перед моим лицом резиновым членом, которым я так и не воспользовалась ни разу. – Не думал, что сегодня буду трахать тебя не один. Это конечно так себе помощник, но не волнуйся, крошка, скоро всё будет как прежде. Толпу как в прошлый раз не обещаю, но человека три-четыре найти смогу. Хотя очень жаль делиться такой сочной малышкой.
Мужчина говорит эти мерзости и трогает меня за плечи, шею, грудь, затем начинает водить по тем же местам фаллоиметатором. Моё оцепенение не проходит, я лишь послушно стою и терплю, мечтая потерять сознание.
– А ещё мне не особо нравится, что ты стала тощая, как палка. Ну это тоже поправимо, будешь сидеть дома и приводить своё тело в порядок, я как врач прослежу за этим лично.
– Ты…ты сумасшедший… – говорю, а голос скорее похож на писк умирающего животного, чем на мой собственный.
– Да, и это, моя любимая, только из-за тебя. Ты же мечтала, чтобы мы всегда были вместе, и если бы ты, сучка, не сбежала, то так и было бы!
Владимир отвешивает мне сильную пощёчину, от которой я отлетаю в сторону, больно ударившись плечом о стену.
Боль пронзает тело и словно возвращает моё сознание к жизни. Только сейчас я понимаю до конца в какой хреновой ситуации нахожусь.
Я смотрю на человека напротив и вижу какой безумный у него взгляд. Он окончательно съехал к катушек и точно не отпустит меня, будет мучить и притворять в жизнь все свои самые безумные фантазии, которые копились в его мозгах, пока он искал меня.
Не обращая внимания на скорее всего вывихнутое плечо, срываюсь с места и со всех ног бегу к выходу, но успеваю сделать всего пару шагов, перед тем как валюсь плашмя на пол. Выставить руки перед собой не успеваю, поэтому разбиваю нос и губы. Рот моментально наполняется кровью и голова кружиться, но я больше не собираюсь сдаваться, быть безмолвной куклой не хочу, поэтому отбиваюсь от навалившегося на меня мужчину руками, ногами и даже зубами.
– Неожиданно, но дикая ты мне тоже нравишься, моя победа от этого будет ещё слаще. – шипит Владимир не обращая внимания на кровоточащие раны от моих укусов.
– Отвали от меня, скотина! Я убью тебя, слышишь, если не прекратишь, клянусь, я убью тебя. – рычу словно дикий зверь, извиваясь всем телом, стараясь не дать этому чудовищу устроиться у меня между ног.
Не знаю сколько по времени происходит эта возня, но силы катастрофически заканчиваются. Мозгами я понимаю, что насилие неизбежно, но всё равно продолжаю брыкаться, не желая с этим мириться.
