– Я так, девчонки, решила. Чтобы волки были сыты и овцы целы, нужно гульнуть, успокоить нервную систему и эту… ну, вы поняли. И дальше с мужем счастливо жить. Вот как хочу. И все довольны.
– Вот Ромка-то обрадуется, когда узнает…
Девчонки засмеялись:
– Давай мы тебе стриптизёра подгоним. Только, чур, он при нас тебя приходовать будет. Очень посмотреть хочется.
– Девки, не придуривайтесь. Вот ты ляжешь под мужика при свидетелях? Нет. Я тоже…
– Ты на что намекаешь-то, подруженька, чтобы мы тебе своих любовников в аренду сдали? Жену отдай дяде, а сам иди к… девочке по вызову?
– Насмешили! Да какие у вас любовники, смехотища одна. Вот у меня был…
– Помним-помним. Ты потом с подбитым глазом ходила и отбитой напрочь задницей, а восторгами всех нас достала.
– Зато мужик был настоящий, стоящий. Думала, насквозь проткнёт. И стайер. А Ромка спринтер, скорострел: бац-бац… и мимо. Лежи потом, майся, неудовлетворённая.
– Ладно. Найдём мы тебе плечистого, с метровым шлангом. Как просишь.
– Да я не прошу. Просто мечтаю. Не хочу с Ромкой разводиться. Он заботливый. Готовит хорошо. Меня любит.
– А ты его?
– Откуда я знаю. Мы ведь по недоразумению женились. Назло всем.
– Сексуальный, пошли покурим, – крикнула Зиночка, формовщица булочек Люкс, немолодому уже, но привлекательному мужчине, с горящими страстью цыганскими глазами.
– Сейчас, моя пышечка. Минуточку погоди. Догоню.
Работа на хлебозаводе каторжная. Трудятся по большей части молодые девчата, кто не успел до поры болячек накопить, вдовы да разведёнки.
У кого из женщин мужик есть, быстро оттуда увольняют, по причине переутомления от изнурительных смен и из-за профессиональных заболеваний, которые прилипают моментально.
Аллергии, экземы, цыпки, варикоз – вот неполный список капканов, в которые попадают почти все хлебозаводские девчата. А разведёнкам с детишками деваться некуда. Где платят – туда и идут, не считаясь со здоровьем.
В Сашкиной бригаде, того самого, Сексуального, мужиков только трое: пекарь да два тестомеса. Весь остальной коллектив женский. Причём самой старшей, Катерине Смирновой, сорока ещё нет.
Женщины в основном совсем молоденькие, в самом соку. Все как на подбор стройные, грудастые, любвеобильные.
Масть можно любую выбирать. Хочешь – блондинку. Например, Верочка. Ну, прелесть же девка. Как такую не приметить. Или Катька Силина. Личико простенькое, зато стать, походка, бюст. Загляденье.
Есть и рыженькие. Вика Тимофеева. Просто конфетка шоколадная. Глаза зелёные, губы пирожком, попка… руки чешутся. А певунья. В ночную смену такие концерты заводит. Да!
Или чёрненькие. Томка Силаустьева. Вроде и русская, а красота у неё восточная, экзотическая. Сисечки малюсенькие, торчком, соски ткань халата протыкают. Ручки миниатюрные. Пальчики и вовсе как у малютки. И тоненькие. Губёшки яркие-преяркие, сочные, наливные. Эх!
Сам бы, как говорится, ел, да деньги надо.
Шатенок вообще полно. Не сказать, что записные красотки, но есть на что приятно посмотреть. Все при теле, фигуристые, поджарые. Полненьким девочкам здесь не место – не выдерживают напряжения и ритма.
Даже платиновая блондинка имеется, Лика Строкова. Строгая дама. К этой даже на иномарке не подъедешь, несмотря на то, что одна, сколько лет, и детишек трое. Эта цену себе знает. Может, и есть у неё кто, но то тайна, покрытая мраком.
Вот в таком коллективе и трудится пекарем Сашка Герасимов, которого за глаза и в глаза называют Сексуальный.
Всё дело в том, что мужчина демонстрирует всем своим видом и норовом чрезвычайно агрессивный тип эротического поведения. Правда, активность относительно женщин он проявляет исключительно в ночную смену.
Девчонки смеются, шепчутся, но по рукам никто, кроме Лики, ни разу ему не дал. Дамы снисходительно относятся к его страсти. Даже поощряют.
А чего? Мужик симпатичный, стройный, сексапильный. Ручищи как лопаты. Страстный. Как рассказывать начнёт о своих любовных похождениях, заслушаешься.
По его рассказам, женщин он имел… много-много. Как только созрел “маненько”, лет в четырнадцать, так и имел всех подряд. Даже, говорит, удирать и отмахиваться приходилось, так порой доставали. А всё потому, что страстный, сексуальный.
Подойдёт обычно к женщине незаметно, обнимет, запустит руку в огород, где тыквы растут, сожмёт сосок или сразу тискать начнёт. Другой рукой меж ног шарит…
Цех-то горячий, по периметру печи. Женщины халаты и фартуки на голое тело, как правило, надевают. Кто-то комбинацию к этому ансамблю присовокупит, иная трусики наденет, но то редко. Чаще в чём мама родила.
Доступ к телу, как правило, открыт и доступен. Главное, по роже не схлопотать.
С этим вопросом у Сашки был полный порядок. Сами девки напрашивались. А он и рад стараться. Малинник и горлинки.
Такие смелые действия, естественно, не для всех. Сначала Сашка прощупывал претенденток на предмет восприимчивости к смелым ласкам.
Новеньким он демонстрировал в первую очередь свою недюжинную физическую силу, поднимая одним движением на разделочный стол, за что не однажды попадал в неприглядную ситуацию.
