Джессика плохо помнила первые дни после гибели Жана. Лишь намного позже она оценила, скольким обязана сестре. Тогда Лил сломя голову полетела во Францию, лишь бы быть рядом со своей двойняшкой в трудный момент. Поддерживала. Но теперь Лилиан сама вышла замуж, и, хотя сестры очень любили друг друга, Джессика понимала — отныне их связь не будет такой тесной. Тяжело вздохнув, она решила принять предложение деверя.
Затрезвонил телефон. К величайшему изумлению девушки, это звонил Шарль.
— Как поживаете, Джессика? — вежливо спросил француз.
— Очень хорошо, спасибо, — радуясь, что Шарлю не видно, как она краснеет, ответила Джессика.
— Значит, я могу надеяться, вы приняли решение в мою пользу? — тут же взял быка за рога Каран.
Только что принятое решение было свежо в памяти, и паника не помешала девушке — пан или пропал — выпалить:
— Я согласна… гм… поработать у вас полгода.
За этим заявлением последовало долгое, выматывающее душу молчание, и Джессика не выдержала первой:
— Я плохо говорю по-французски. Точнее говоря, с трудом…
— Это не проблема. — Голос Шарля прозвучал как музыка. — Хотите, я приеду за вами?
— Ох нет… — быстро отвергла эту идею Джесс. — Я приеду сама.
— Когда? — тут же поинтересовался Шарль. Казалось, теперь, когда Каран добился ее согласия, ему не терпелось, чтобы она как можно скорее приступила к работе.
— Я не… гмм… Можно, я сообщу вам позже? Я… гмм… еще не поговорила с отцом.
— Вы не позволите ему отговорить вас?
— Нет. Ни за что, — твердо пообещала Джесс. Тогда Шарль деловито продиктовал ей номера своих телефонов.
Однако, как ни странно, прошло больше полугода, прежде чем Джессика смогла выполнить обещание и прилететь во Францию. Началось с того, что отец отнюдь не пришел в восторг от перспективы пожить одному, угрожавшей сломать весь привычный жизненный уклад.
Я не хочу нанимать экономку, — злобно бросил он.
— Без экономки этот дом быстро превратится в Бог знает что, — отважно сказала Джессика.
— Это тебя сестра подучила? — зарычал отец.
— Лилиан еще не вернулась из свадебного путешествия, — напомнила девушка.
— Ты с ума сошла со своими лошадьми! — набросился на дочь отец и… на следующий день слег в постель с сильнейшим гриппом.
Джессика позвонила Карану.
— Очень жаль, но отец заболел. Я не знаю, когда смогу приехать.
— Вы сказали ему, что летите во Францию?
— Да, но… Если вы не хотите ждать… Это ведь только временная работа. Может, желаете взять кого-то другого… — бормотала девушка, чувствуя, что теряет свой последний шанс.
— Конечно, я подожду. Мы ведь одна семья, — тут же участливо откликнулся Шарль.
Джессика никогда не подозревала, что грипп может стать таким затяжным. Она ухаживала за отцом до ноября.
— А на работу тебе не пора возвращаться? — как-то, не выдержав, намекнула девушка.
— Этот муженек твоей сестры, Патрик Браун, набрался нахальства прислать ко мне своих счетоводов! — прорычал отец.
Это вполне естественно — ведь Патрик собирается вложить в твою компанию огромные деньги, — справедливо указала Джесс.
— Мог бы сделать это просто доверяя тестю, — капризно заявил отец. — Если будут звонить эти счетоводы, скажешь, что мне нездоровится.
В следующий раз Джессика позвонила Шарлю Карану уже в декабре.
— Я бы с удовольствием приехала, но не могу оставить отца одного на Рождество, — жалобным голосом сказала девушка.
— Тогда увидимся в январе, — недовольно отрезал Шарль и положил трубку.
Однако, к ее великой радости, Каран позвонил на Рождество, и на сей раз его голос звучал более дружелюбно.
— Я хотел желать вам более веселого Рождества, — сказал Шарль, и у Джессики стало хорошо на душе. Конечно, он вспомнил о брате и понял, как невесело невестке встречать праздники в одиночку…
— Спасибо, — ответила она. — Счастливого Рождества. — Больше добавить было нечего, и Джессика повесила трубку, раздумывая, в каком из двух своих домов Каран проведет праздники… и с кем. Ведь Шарль красивый, мужественный и опытный мужчина. Ясно без слов, он один на Рождество не останется.
Когда-то люди такого типа пугали ее. Но Лилиан и Патрик частенько приглашали Джессику пообедать у них, и чем лучше она узнавала опытного и умудренного жизнью зятя, тем более непринужденно чувствовала себя в компании зрелых, уверенных в себе мужчин.
В январе Джессика набралась храбрости, сама позвонила Шарлю и призналась, что не может подыскать для отца подходящую экономку.
— Пожалуйста, забудьте о своем обещании, если я доставляю вам лишние хлопоты, — закончила она, моля Господа, чтобы родственные чувства деверя выдержали это испытание…
— Вы оскорбляете честь французов, — ответил Каран, и девушка поняла — ее поддразнивают.
— Гмм… д-до свидания, — сказала Джессика, не признаваясь себе, что очень рада этой дружеской насмешке.
В феврале к поискам и отбору подходящей экономки подключилась сестра и быстро решила — одна из претенденток, суровая с виду миссис Смит, как нельзя лучше подойдет, чтобы вести хозяйство у их вечно недовольного отца.
— Отец не согласится, пока сам не посмотрит на миссис Смит, — сказала Джессика сестренке.
