— Ты серьёзно? Спасибо, — я взяла и согласилась. По-моему, хуже уже не станет, а если и будет, то плевать. Что-то придумаю. Но сейчас мне действительно нужна помощь и поддержка, даже если она обойдется мне дорого.
— Мне помочь собрать вещи?
И я снова согласилась.
В итоге мы с Соней пошли к общежитию вместе. А у самого входа я отчётливо почувствовала взгляд Картера. Внимательный, холодный, приносящий фантомную боль. Позвонки обожгло льдом, но я не обернулась.
Я даже не буду его ненавидеть, потому что отныне для меня не существует человека по имени Макс Картер. Есть только друг брата и сосед. Безымянные личности, которые не должны играть никакой роли в моей жизни.
Последующие дни прошли довольно… странно. О том унизительном случае в институте просто будто забыли. Словно не было ничего и случившееся лишь кошмар. Обо мне не шептались, не пускали слухи дальше, издеваясь и насмехаясь, зато обсуждали другое.
Тамилова и моя соседка, Лера Захаренко, куда-то пропали. Они не ходили на занятия, а моя комната пустовала. Я специально заходила, чтобы посмотреть, но вещи Леры лежали на том же месте, на тумбочке стояла кружка с давно остывшим чаем, а на расстеленной кровати лежала снятая впопыхах пижама.
Я не искала правду, из-за которой студиозы строили одно предположение за другим. Ну прогуливают так прогуливают. Какое мне дело? Главное, что меня не трогают и у меня есть время на успокоение нервов. Та сцена, что произошла на виду у всего института, никак не выходила из головы, и я мысленно ее прокручивала каждый раз и на этот раз сама высмеивала свои ошибки. Боже, какой же глупостью было тащить сюда чертовы платки! И зачем мне они вообще сдались? Надо было сжечь и на пепле станцевать сальсу.
— Кать, слышишь, что там говорят? — в столовой ко мне подсела Соня со своим подносом.
Сегодня я проспала и не успела позавтракать, так что пришлось сходить в буфет альма матер. Из съедобного здесь нашлись лишь булочки и кофе из автомата.
— Что говорят и где это "там"? — я с наслаждением сделала глоток капучино, а затем откусила кусок от булочки.
— В Караганде, блин! — ответила Соня, ковыряясь в купленном омлете. — Конечно, в институте. В Москве я знаю лишь два серпентария: в одном мы сейчас обедаем, а в другом я, к счастью, не была. Боюсь пресмыкающихся.
— Какое точное определение ты дала нашему замечательному вузу, — хмыкнула я. — Так что там с разговорами? Кто, о чем, для чего и зачем?
Девушка подалась вперед и шепотом поведала:
— Говорят, что Тамилова и Захаренко… они бандитовов Картера ублажают в какой-то сауне. Вот и потому нет их уже который день.
Я, жующая в этот момент сладкую сдобу, поперхнулась и закашлялась.
— Что за бред? — выдохнула я, прочистив горло.
— Ну ты сама посуди, Катюш, — как ни в чем не бывало продолжила Соня, — случился конфликт, причиной являлся мистер Ледышка, пострадавшей — его… гм… подруга и…
— Я не его подруга, — мрачно перебила я. — Мы никто друг другу.
— Не придирайся к словам, — отмахнулась она. — Тарза… Черт, прилипло же! Таня и Лера, виновницы произошедшего, просто… исчезают. Еще одно доказательство — ребята видели как к побелевшим, словно мел, Тане и Лерой подошел сам Макс и несколько минут им что-то говорил. Причем жестко так, зло, можно даже сказать, что с яростью.
У меня поневоле вырвался смех. Отнюдь не радостный, скорее, нервный, истеричный.
— Хватит! — решила прекратить бессмысленную беседу, построенный лишь на домыслах студентов. — Так можно и меня обвинить в их пропаже. Посуди сама, Сонь, случился конфликт, я пострадавшая, меня очень обидели. Скажи, какое бы желание у тебя возникло после такого?
Третьекурсница замерла, прикусив губу.
— Желание отомстить, правда? — усмехнувшись, выдала очевидный ответ. — А там додумать пару моментов и все, я виноватая без вины. И вообще, закрываем тему. Мне плевать и на Тамилову с Захаренко, и на Макса. Их дела меня не касаются ни коим образом.
— Но…
— Никаких "но", Сонь, иначе мы точно поссоримся.
— Хорошо, — девушка кивнула. — Только один вопрос. Не про них, а про другое.
Я помялась с минуту, но под ее умоляющим взглядом сдалась:
— Задавай, — раздраженно позволила я.
— А что ты хотела сделать после… ну, после произошедшего?
Интересный вопрос. Что я тогда хотела? Исчезнуть, провалиться под землю. И чтобы запас треклятых слез наконец-то закончился.
— Хотела научиться быть сильнее, — ответ получился слишком искренним, хотя я не планировала откровенничать. — И ешь давай, а то не успеешь — скоро звонок.
— Не могу, — насупилась девушка. — Мой пятилетний брат и то лучше песочные куличики готовит.
— Не оскорбляй высокую кухню, — я обвела взглядом ее "королевский" обед — немного передержаный на огне омлет, компот и щавелевый суп. — Ничего ты не смыслишь в кулинарии.
— Понимаешь, Кать, эта кухня настолько высокая, что подгорела от столь близкого нахождения к солнцу, — сморщилась Соня. — Слушай, а давай сходим в кафе поужинать? Я знаю волшебное местечко! Цены не кусаются, а какой там кофе подают!
