— Точно не больно? — методично ощупывая ступню, спросил он.
— Не больно!
— Кос, чего там? — Я фыркнула и скрестила руки на груди, глядя на Картера.
— У моего брата поехала кукуха, вот чего!
Сын дьявола даже не взглянул на меня, внимательно наблюдая за действиями Кости. Парни тоже не остались равнодушны, быстро окружив, они шутили о гиперопеке некоторых. Не смешно было только нам троим.
Убедившись, что всё в порядке, брат, наконец, выпустил мою ногу из пальцев.
— Малая, ты бы аккуратнее бегала. Тебе на этих ножках ещё детей вынашивать.
— Да пошёл ты, придурок, — оскорблённо ответила, треснув ладошкой по его плечу. — Мне пятнадцать! Какие дети?!
Следующую четверть меня вообще к мячу не подпускали. Игорь и Даня не раз пытались подавать пасы, поскольку я находилась в выгодной позиции за спинами противников, но Картер соображал шустро, а играл ещё лучше. Все мячи доставались ему. В итоге по очкам мы сильно сдавали.
В один прекрасный момент у меня появилась возможность отбить мяч у Макса и сразу забросить в корзину. Не стала размышлять, пока Даня оттеснял Костика, я подобралась Картеру и уверенно блокировала бросок. Да, я была невысокого роста, но прыткой и сообразительной. Юркнув ему под руку, крутанулась на месте и отжала мяч. Глупо было полагать, что меня свободно выпустят, нет. Картер и Саня налетели с двух сторон. Оба были готовы в любой момент заблокировать в прыжке, но я же Котова! Меня на площадке зовут Хитрая Кошка. В прыжке создаю видимость броска в корзину, но вместо него поджимаю руку и даю пас Данику.
— Ах ты мелкая… — шипит Санёк.
Усмехаюсь и наблюдаю, как парни срываются к Дане, но тот тоже не лыком шит. Видя, что я открыта, бросает мяч обратно. И вот в момент, когда я почти касаюсь его, меня сносит. Сносит твёрдое мускулистое тело. От мощного удара отбрасывает на асфальт. Я не сразу пришла в чувства, потому что в этот миг болело всё.
— Кэти!
Сильные руки тут же треплют за плечо, ощупывают колени, локти.
— Где болит? — рявкает брат.
— Да идите вы, — хриплю, пытаясь подняться.
Один локоть у меня содран в кровь, и бедро отбито. Синяк обеспечен. Но это не первые ушибы и, тем более, не первое падение. Отпихнув их руки, с горем пополам поднялась, понимая, что дальше я не игрок. Вот о чём думала, идя к ним на площадку? Говорила же, что снесут!
— Так, Малая, пошли домой. Всё, доигрались.
Бросив злой взгляд на Саню, который был виновником моего падения, я мысленно пообещала отомстить ему в следующей игре. У девочек тоже есть неприятные приёмчики, о которых мало кто знает, потому что применяются они редко.
— Пока, парни! — махнула я рукой, забирая со скамьи свои вещи.
Пропущенный от папы заметила сразу, но перезванивать не торопилась, увидев, что Костик набирает кого-то на своём телефоне. Наверняка его же. Больше чем уверена, что и мне он звонил, чтобы брата найти. Мы с отцом не очень ладим, особенно в последнее время.
— Звонил, пап? — тут же подтверждает он мою догадку. — Когда? Через час вылет или?.. Ага. Нет, я не против, если на пару дней всего. А Катя? — он обернулся и с сомнением взглянул на меня. — Нет, она, конечно, одна не останется, но я думаю, что будет лучше, если мы возьмём её с собой… Оу. Тогда конечно. Хорошо. Да, мы через полчаса уже будем. Я только вещи в сумку брошу. Ага. Давай, — Костик сбросил вызов и посмотрел на Картера. Многозначительно посмотрел, я бы сказала.
— На сколько на этот раз? — спросила осторожно ступая на больную ногу.
— На пару дней всего, Кать. Макс за тобой присмотрит.
— Не надо ему за мной присматривать. Я знаю, что отец оставит охрану у дома. Это лишнее, Кость.
Картер молчал, Костик тоже решил не действовать мне на нервы. Мы распрощались с парнями и двинулись до дома. Братец несколько раз порывался усадить меня на свои плечи, но был послан далеко и надолго. Несмотря на лёгкую хромоту, дойти до дома я была в состоянии.
У ворот Костик с другом распрощался, а я даже рукой не махнула. Плевать мне на него.
Когда Костик с отцом уехали, я села на свою кровать и задумчиво разглядывала фотографию в позолоченой рамке. На меня, улыбаясь, смотрела красивая молодая женщина с волосами цвета пшеницы. Я хорошо помню какой она была. Помню нежную улыбку, запах и тёплые руки. Помню, как сильно она любила нас с Костиком, как много времени проводила с нами в игровой комнате.
Сейчас её фото не вызывает тех жгучих слёз, но на него отзывается пустота в груди. Мне не хватает матери. Мне не хватает этой тёплой женщины, которая всегда пахла инжиром и солнцем. И всякий раз, думая о ней, я не могу не вспоминать, как её не стало. Не могу не думать о людях, что отняли её у меня.
Похитители, бандиты, мерзавцы...
Из горьких воспоминаний вырвал тихий скулеж собаки. Я мгновенно отложила фотографию и побежала вниз, в гостиную. Шира уже пару месяцев как не залезает на второй этаж — ей трудно, уже на седьмой лесенке появляется одышка и усталость.
— Эй, малышка, ты чего? — я опустилась на пол перед лежащим, поджав лапы, лабрадором и приподняла безвольно опущенную морду. — Что такое, Шир?
