— Привет, Малая. Как первый день семейной жизни?
В моей мутной голове тут же всплыли воспоминания обо всех произошедших событиях. Жар обжег щёки, и я внезапно осознала, что стою голая посреди коридора чужой квартиры. Взгляд упал на бёдра, где красовалась запёкшаяся кровь, так и не смытая за ночь.
— Кать? — позвал Костик, даже не догадываясь о том, что творится сейчас в моей голове.
А там ядерная война, не меньше! Что я наделала?
— Я перезвоню! — выдала перепуганно и сбросила вызов.
О, Господи! Я и Картер! Серьёзно? Серьёзно?! Да такого быть не могло! Меня наверняка перекинуло в параллельную реальность, а я и знать о том не знаю.
Растрепав волосы, я оглядела сиротливо стоящие на полу сумки и взвизгнула, когда меня обхватили сильные руки и стиснули в крепких объятиях.
— Доброе утро, Кэти, — пришлось приложить усилия, чтобы развернуться и заглянуть в ясные серые глаза. — Надеюсь, ты не продумываешь план побега? В противном случае мне придётся обзавестись парочкой наручников.
Картер тоже не был одет. И тот факт, что он прижимал голую меня к голому же себе, меня невероятно смущал. Такое чувство, что ночью всё произошло не со мной. Ну, или я была вусмерть пьяна и не соображала ничегошеньки. Как это всё случилось? Почему? Я же так долго убеждала себя, что отношения “Котова-Картер” невозможны. Что Макс никогда в жизни не подпустит меня и на пушечный выстрел, что для него мои чувства, как подброшенная дохлая крыса, в смысле, столь же отвратительны.
— Краснеешь, — усмехнулся он, разглядывая моё лицо. — Тоже не веришь в произошедшее?
Я вопросительно вздёрнула бровь, но вместо ответа, он подхватил меня на руки, вынудив обнять за шею и понёс в душ, где поставил в кабину, включил воду и залез следом.
— Макс, может…
— Ты скоро привыкнешь, — улыбнулся он. — Я приложу максимум усилий, чтобы уже через пару дней ты перестала испытывать смущение.
И да, я просто не могла сопротивляться его напору. С недоверием позволяла отвести руки, прикрывавшие грудь. Со смешанными чувствами стыда и страха, разрешала гладить мои плечи и прижимать к себе, слушая тихий шепот, обещавший, что как раньше теперь никогда не будет. И с удивлением отмечала, с каким наслаждением он наносил на меня гель для душа и шампунь.
Кто этот Картер? Когда его подменили? Таким чутким и нежным он был, пока мне тринадцать не исполнилось.
Когда мы закончили водные процедуры, Макс отправил меня на кухню и усадил за стол. Сидеть мне было больно, поэтому всё время приходилось переваливаться на одну сторону, чтобы уменьшить давление. Картер на мои уловки смотрел очень странным взглядом, но молчал.
Я наблюдала, как он привычно крутится у плиты с переброшенным через плечо полотенцем. Влажные после душа волосы были растрёпаны, и он часто проводил по ним рукой, чтобы убрать падающую на лоб мокрую прядь.
Чувства, которые я испытывала, глядя на него были далеки от тех, что мучили меня раньше. Почему-то Картер перестал бесить. Скорее, мне нравилось, что он ухаживает за мной. Нравилось, как разговаривает и смотрит. Не было больше холодной отстранённости и злых насмешек, ранящих душу до крови. И это заставляло задуматься о причинах его поведения ранее. Я, наверное, никогда не перестану задаваться этим вопросом, несмотря на то, что уже получила частичный ответ.
Когда передо мной на стол была водружена кружка с кофе и омлет с зеленью, я всё же спросила:
— Почему ты изменил ко мне своё отношение?
Его губы тронула невесёлая улыбка.
— Мы поговорим об этом чуть позже. Костик успел сказать, зачем звонил? — перевёл он тему, взяв в руки вилку.
Я выгнула бровь и повторила его манёвр.
— Нет, я сбросила вызов раньше. К слову, он спросил меня о том, как проходит первый день семейной жизни… — бросила на парня красноречивый взгляд, понимая, что знать он мог только от Макса. Вряд ли те парни, которые выполняют все его приказы, будут разбалтывать подобную информацию и, тем более, докладывать Костику о том, как Картер проводит время.
Макс рассмеялся, глядя в мои глаза.
— Я же говорил, что он всё знает. Тем более, вчера я написал ему, что забираю тебя из общежития.
— И он был не против? — не поверила я.
— Попросил только привезти сегодня домой, — хмыкнул Макс и принялся уплетать омлет.
Я смотрела на его длинные пальцы, сжимающие сталь, и старалась состыковать два пазла, которые прекрасно подходили по размеру, но никак не хотели соединяться. Мысленно махнув на это дело рукой, взялась за завтрак. Голод сжимал желудок с такой силой, что тот уже облизывался на позвоночник.
Как только кулинарный шедевр был потреблен, Картер встал из-за стола и, сходив куда-то, вернулся с телефонами, один из которых протянул мне. Мой. Он принялся хмуро изучать содержимое гаджета. Сел напротив и просто потерялся для всего мира. А я смотрела на его складку между бровей, пила свой растворимый кофе и думала о том, чего мне ожидать от него дальше.
