— Очень приятно, Полина Алексеевна, спасибо большое, что позвонили и предупредили, и были с Лерочкой, — в ответ я улыбаюсь и скоромно принимаю благодарность.
— Я отойду ненадолго.
Оставив Леру наедине с мамой решаю пойти выпить кофе.
У Яра сегодня гонка, собирался даже поучаствовать. Но не могу бросить Ведьмочку тут одну. Тем более не стоит её сейчас волновать. Её реакция на гонки скорее всего будет негативной, судя по тому, что с ней случилась паническая атака при быстрой езде. Что же у тебя произошло? Я обязательно это выясню и постараюсь помочь.
Валерия
Просыпаюсь от навязчивого стука по стеклу. Открыв глаз, лежу так минут пять. Стук продолжается. Скинув с себя одеяло, аккуратно приподнимаюсь и принимаю сидячее положение, опустив ноги на пол пытаюсь встать. Три дня пролежать в кровати — это для меня нонсенс. Придерживая рукой пластырь на месте швов, встаю с кровати и прямо босыми ногами иду к окну. Подойдя ближе, замечаю маленькую синичку. Она прыгает по водоотливу и иногда пытаясь попасть внутрь, бьётся о стекло клювом.
— Эй, ты чего творишь, — подхожу ближе и стучу пальцем по стеклу.
Птица тут же пугается меня и молниеносно улетает. Ну вот, теперь точно одна. За окном очень красиво, деревья стоят уже полностью желтые, кое-где проглядывает буро-красная листва. Хмурое небо, идеально вписывается в эту картину. На клумбах стоят еще не убранные, отцветшие цветы. Мне кажется, что вот-вот заморосит дождь. Долго стою и разглядываю, что происходит на улице. Желудок призывно урчит и напоминает о себе. Впервые за всё время, что я тут, у меня появляется чувство голода. Скоро придет врач, если после осмотра всё будет хорошо, возможно, завтра меня выпишут. Надо хотя бы привести себя в порядок.
Подхожу к небольшому столику и открыв первый ящик, достаю расческу. Взгляд в зеркало — кошмар, это что, гнездо кукушки у меня на голове. Бледная как моль, под глазами залегли синяки. Сейчас меня можно легко принять за Голлума из «Властелина колец». Хорошо, мама привезла косметичку и сменные вещи. Не без труда, всё же удается соорудить некую конструкцию на голове, похожую на пучок. При поднятии рук над головой бок неприятно тянет. Выудив из косметички ВВ-крем, слегка замазываю эту «прелесть» под глазами. Достав из сумки футболку и спортивные широкие штаны, переодеваюсь.
…
В палату входит доктор. На вид, около пятидесяти. Темно-русые, кое где уже с проседью, кудрявые волосы короток подстрижены. Ярко синие глаза смотрят на меня сквозь очки в красивой деревянной оправе. Подтянутая фигура говорит о том, что человек со спортом на ты.
— Доброе утро, как чувствуешь себя? Болит что-то?
— Доброе, немного тянет в боку.
— Давай-ка посмотрим, что тебя беспокоит, — отклеив пластырь, изучает швы. При этом его лицо остается непроницаемым.
Аккуратно ощупывает пальцами место вокруг раны. Неприятно, но болевых ощущений нет.
— Ты прям, радуешь меня, Валерия, сегодня еще понаблюдаем, если всё будет хорошо, завтра можешь готовиться к выписке.
И это прекрасно!
Хоть палата и вип, но здесь ужасно скучно, даже поговорить не с кем. Мама приходила еще два раза, Алиска забегала один раз. А вот Дементор, с чувством выполненного долга, видимо решил самоустраниться, как раз после первой встречи с мамой.
Чувствую себя ужасно, я будто обязана ему. Этот факт съедает меня изнутри. Я бы и в обычной палате полежала три дня.
После осмотра мне приносят самый вкусный гречневый суп на воде, белый хлеб в виде маленьких сухариков и рыбное суфле. Боже, как же это вкусно, особенно, если ты не можешь есть несколько дней.
…
Залипнув в телефоне, проверяю страницу Алиски. Ни одного сообщения. В сети не была со вчерашнего вечера. Странно. Она обычно не расстаётся с телефоном.
А что же там у Дементора?
Был в сети двадцать минут назад. Окей. Был и был. И я ему ничего не должна! Занимаюсь самовнушением недолго. В дверь стучат, затем она медленно открывается, являя передо мной, как вы думаете кого?
Вот сейчас точно не угадаете…
И увидеть ЕГО здесь — это что-то из области фантастики. Может я сладко сплю? Это сон. По- другому объяснить его появление здесь я не могу.
Не веря своим глазам, щипаю себя за бедро под одеялом. Ауу! Больно.
— Привет Марковская, как же ты это так? Почему ничего не сказала и сидела мучилась на моей паре? — догадались, кто пожаловал?
— Илья Юрьевич? — пищу я.
— А как вы узнали? — может это галлюцинации после рыбного суфле?
— Как, как. Уже вся группа в курсе. Меня даже ректор на ковер вызывал. Мол недоглядел, — подозрительно доброжелательным тоном произносит он.
— Как чувствуешь себя, может хочешь что-нибудь? — проходя в палату, направляется прямо ко мне.
— Лучше, завтра обещают выписать, — раздаётся всё тот же писк.
Проигнорировав стул, присаживается прямо на край моей кровати. Я медленно подтягиваю ноги, сгибая их в коленях. Не знаю, можно мне принимать такую позу или нет. Хотя меня сейчас это волнует в последнюю очередь.
Климов сейчас в моей палате, да что в палате. Он сидит на моей кровати…