Мы приблизились к трону, пройдя сквозь ряды Первородных. Я присела в реверансе, Люк склонил голову. Арвиэль шагнул нам навстречу, улыбаясь, тепло поприветствовал и поцеловал мне руку. Я ответила улыбкой, радуясь, что властитель в хорошем настроении.
— Вижу, ты рад этому приему, Арвиэль, — усмехнулся Люк, тоже отметив настроение своего друга.
— К чему грустить? Я вижу самую красивую девушку всех земель, рядом мой друг и союзник, разве это не повод для радости? — отозвался Первородный.
— Галантность жителей королевства Оэр вошла в легенды, — улыбнулась я. — Благодарю, Арвиэль.
— Это не галантность, прекрасная Антарея, а всего лишь то, что я вижу, — он сделал знак рукой, и музыканты ударили по инструментам, наполняя зал чарующей музыкой Первородных. А сам Арвиэль подал мне руку. — Вы согласитесь открыть со мной этот бал, Ваше Высочество?
Я склонила голову и с улыбкой вложила руку в его ладонь.
— Это честь для меня, Ваше Величество!
Он вывел меня на середину зала и положил руку на талию. Прикосновения Арвиэля мне не нравились, тем более что он слишком близко подходил, почти прижимал меня к себе там, где нужно было соблюдать дистанцию, но я молча улыбалась, напоминая себе, что это последний вечер. И все же не утерпела, когда губы мужчины коснулись моего виска.
— Не припомню, чтобы в этом танце были такие па, Ваше Величество, — с насмешкой сказала я.
— Это старинный танец Первородных, — усмехнулся он. — Здесь очень затейливые… движения.
Я изумленно посмотрела на него. Надо же, этот ледяной истукан снова пытается шутить! Да еще и так… двусмысленно?
— Тогда я предпочитаю церемониальные танцы Идегоррии, — пробормотала я. — Они незатейливы, зато предсказуемы.
— Вы и предсказуемость — несовместимы, Антарея.
— Мне начинает казаться, что вы тоже, Арвиэль, — усмехнулась я.
— Возможно, мне удастся удивить тебя? — его рука сжалась на моей талии, притягивая еще ближе к мужскому телу, колючие серые глаза смотрели в упор, и мне стало неуютно.
— Вы переходите границы дозволенного, Арвиэль, — тихо сказала я, стараясь не показать своего недовольства. Все же я не хотела давать придворным лишние поводы для сплетен.
Он чуть отодвинулся, но продолжал смотреть на меня так же пристально. К счастью, музыка закончилась, и к нам подошел Люк. Дальше я танцевала с братом, снова с Арвиэлем, с каким-то Первородным, имени которого так и не запомнила, да и не вслушивалась. Бокал выпитого вина разлился внутри приятным теплом, так что улыбаться стало легче. И я улыбалась, ожидая, когда будет прилично уйти отсюда, не вызывая пересудов. И вдруг заметила в углу Тару - в строгом черном платье, без улыбки, и запнулась на полуслове.
— Антарея, что-то случилось? — я повернула голову к Арвиэлю. Снова он. Посмотрела за огромные окна, в которых уже был разлит ночной мрак, обвела взглядом искрящийся зал, придворных, хрусталь, огни и украшения. Все искусственное. Ненастоящее. Даже я. Только Тара в ее черном платье — искренняя. А все остальные — нет.
Зачем я здесь? Что я здесь делаю?
— Я хочу уйти, — пробормотала я.
— Подожди, Ева, — Арвиэль схватил меня за руку, крепко сжал. Я посмотрела недовольно.
— Я ведь просила не называть меня так… — начала я.
— Почему же? — серые глаза смотрели хмуро, а лицо властителя стало еще бледнее, настолько, что на висках обозначились синие вены. — Ему ты позволяла так себя называть, правда? Ему ты все позволяла, Ева?
Кажется, я тоже побелела, почти с ужасом глядя в его лицо. А потом вскинула голову.
— Вас это не касается, Ваше Величество, — четко сказала я. — И отпустите мою руку, на нас смотрят!
— Очень даже касается, Ева, — он не только не отпустил, но и притянул еще ближе. — И не торопись уходить, самое интересное только начинается.
— Арвиэль, вы пьяны? — с подозрением спросила я. — Да отпустите же, мне больно! Я сейчас начну орать на весь зал, и мы оба опозоримся!
— Думаешь, после пяти лет попыток добиться твоего внимания меня это беспокоит? — рявкнул он. А я от изумления потеряла дар речи. И это говорит тот самый застывший ледяной истукан? Что происходит?! Первородный оторвал от меня взгляд и поднял руку, так что сразу стихла музыка, а придворные повернулись к нам. Не отпуская моей ладони, Арвиэль обвел взглядом зал.
— Сегодня знаменательный и важный день в истории королевства Оэр, — негромко сказал он, но его голос, усиленный магией, был слышен каждому в огромном зале. — Его будут помнить. Как день, объединивший две великие расы, два королевства - Оэр и Идегоррию. Потому что через два месяца принцесса Идегоррии, прекрасная Антарея Евантреида Арвалийская, станет вашей королевой и моей женой.
Пауза. И зал взорвался аплодисментами и поздравлениями. Вряд ли искренними, хотя все Первородные старательно улыбались. Я же опешила настолько, что на несколько мгновений потеряла дар речи.
— Что вы несете? — дернулась я, когда пришла в себя. Повелитель улыбался. — Вы сошли с ума? Я не собираюсь выходить за вас замуж!
— Наш брак одобрен королем Идегоррии, и ты выйдешь за меня, Ева.
