Она не преклонялась передо мной, не дрожала от страха. Она бросала мне вызов каждым взглядом, каждым словом, движением головы, выбранным нарядом. И это… это заводило меня сильнее, чем все покорные шлюхи, которые проходили через мою постель.
Допил виски, поставил пустой стакан на стол. В груди что-то сжалось – незнакомое чувство, которое я пытался не анализировать.
Любовь? Бред.
Я не знал, что это такое, и знать не хотел. Любовь – для слабых, для тех, кто готов отдать власть ради красивых слов и романтических иллюзий. Я строил империю, а не играл в принцев из сказок.
Но желание… желание было реальным.
И не только физическое. Хотел видеть, как она смотрит на меня без ненависти. Хотел, чтобы она сама потянулась ко мне, а не отшатывалась. Хотел завоевать не только ее тело, но и… что?
Душу?
Смешно. У меня самого души не было уже лет двадцать.
А может, она могла бы… Может, с ней я смог бы вспомнить, каково это – чувствовать что-то, кроме голода по власти и жажды крови.
Резко покачал головой, прогоняя эти мысли. Чертова девчонка туманила мне мозги. Делала слабым, заставляла сомневаться в себе.
В одну минуту хотел свернуть ей шею за дерзость. В другую – прижать к стене и целовать, пока она не задохнется от недостатка воздуха. Хотел сломать ее, подчинить себе полностью. И одновременно боялся, что если сломаю – потеряю то, что меня в ней привлекало.
Противоречия разрывали изнутри. Я привык к простоте: увидел – взял, захотел – получил, помешали – убрал. С Элиф ничего не работало по старой схеме.
Она была загадкой, которую я не мог разгадать. И это бесило и манило одновременно.
Не буду ломать ее. Пусть сама придет ко мне. Пусть сама сдастся, поймет, что бороться бесполезно. Но не потому, что я ее заставил, а потому, что захотела сама.
Да, именно так. Терпение – моя сильная сторона. Я умел ждать, когда дело касалось важных целей. А Элиф… она стала самой важной целью.
Телефон зазвонил резко, разрывая ход мыслей. На экране высветилось имя Керема. Нахмурился – брат должен был сопровождать Элиф по магазинам, а не звонить мне.
– Что? – рявкнул в трубку.
– Амир… – голос Керема звучал странно, неуверенно. – У нас проблема.
– Какая проблема?
– Элиф… она исчезла.
Мир остановился. Звуки за окном стихли, воздух в кабинете стал густым, как патока.
– Что значит «исчезла»? – голос прозвучал тише, чем обычно, но в нем была сталь.
– Мы были в торговом центре. Она пошла в примерочную… я отвлекся на пару минут, и когда спохватился – ее там не было. Нигде нет.
Керем продолжал тараторить, объяснять, оправдываться, но я его больше не слушал. В ушах шумела кровь, а в груди разгорался огонь – не желание, а ярость. Чистая, ледяная ярость.
Она посмела. После всех предупреждений, после того, что случилось с ее другом Мехметом, она посмела бежать. Снова.
– Где ты сейчас? – перебил поток извинений Керема.
– В торговом центре. Ищу ее. Может, она просто…
– Найди. Немедленно. И когда найдешь – привези домой. Целой и невредимой.
– Амир, я…
– Целой и невредимой, Керем. Иначе тебе придется объяснять мне, почему ты не справился с простейшим поручением.
Бросил трубку, не дожидаясь ответа. Встал, прошелся по кабинету. Руки сжимались и разжимались, мышцы напрягались. Хотелось что-нибудь сломать, разнести к чертям всю эту комнату.
Она играет со мной. Думает, что может проверять мое терпение, испытывать мои границы.
Ошибается.
Я дал ей поблажку прошлой ночью. Проявил слабость, пожалел ее. И вот результат – она решила, что может делать что угодно.
Но я найду ее. Приведу домой. И в этот раз… в этот раз не будет никакого снисхождения.
Элиф узнает, что значит по-настоящему принадлежать Амиру Демиру.
Фарфоровая чашка с турецким чаем дрожала в моих руках, но не от страха, а от восторга, который я изо всех сил пыталась скрыть за маской невозмутимости. Сладковатый аромат бергамота смешивался с тонкими нотками жасмина. Я медленно потягивала горячий напиток, наслаждаясь каждой секундой.
Из кабинета Амира доносился его голос: низкий, рычащий, полный едва сдерживаемой ярости. Слова были неразборчивы, но интонация говорила сама за себя: он был в бешенстве.
Керем получал хорошую взбучку, и от этой мысли его губы сами собой растянулись в довольной улыбке.
«Где была твоя голова?! Я доверил тебе одну простую задачу!»
«Амир, она просто исчезла! Как будто растворилась в воздухе!»
«Не смей оправдываться! Ты должен был следить за ней каждую секунду!»
Чашка с тихим звоном опустилась на блюдце. Маленькая победа, но моя. В мире, где каждый мой вздох был под контролем, где каждый шаг был заранее спланирован и одобрен, я умудрилась вырваться.
Всего на час, но вырваться.
Конечно, за это придется заплатить. Амир не из тех, кто прощает неповиновение. Его реакция на мой побег будет соответствующей – возможно, он усилит охрану, а может, и что-то похуже.
Но сейчас, сидя в этой роскошной гостиной с мозаичными стенами и персидскими коврами, я чувствовала себя победительницей.
