— В нижнем ящике. Там увидишь коробку с аптечкой, рядом будут бинты и ватные диски, там же и пробирка.
Я последовала в комнату, которая оказалась спальней, по инерции закрывая дверь, хотя делать это было не обязательно. Альгерон никак не отреагировал, сконцентрировав все свое внимание на сборе крови.
Спальня оказалась довольно просторной, но навевала чувство мрачности и одиночества. Темный потолок, обои глубокого синего цвета. Скрип половицы пролетел еле слышным эхом, заставив сердце дрогнуть. Чувство уюта мог создать лишь книжный шкаф, располагающийся возле окна. Широкая кровать была аккуратно заправлена. Рядом с ней стояла резная тумба с тремя ящиками.
Приняв тумбу за нужное место для поиска и предположив, что аптечка там (что казалось вполне логичным — держать ее рядом со спальным местом), я подошла и, присев на колени, уверенна двинула ящик на себя.
Внутри было много всякой разной мелочевки: бумажки, коробочки, открытки, пишущие принадлежности, свечи. Аптечку я не видела. Разгребая руками содержимое, я пыталась посмотреть, что лежит в глубине ящика. Все было не тем. Я уже хотела крикнуть Альгерону, что ничего не могу найти, как рука нащупала бархатную маленькую шкатулку. Она приоткрылась, и мой взгляд зацепился за красный блик. Не отдавая отчет в том, что роюсь в чужих вещах, руками я раскрыла шкатулку шире, ведомая непонятным чутьем чего-то знакомого.
Увидев и узнав вещь, что лежала внутри, я еле сдержалась, чтобы не вскрикнуть от удивления, даже прикрыла рот одной рукой. Это были сережки в виде роз. Такие же, как у Элайны во сне. Энергию уловить не удавалось, они были пусты. Я замерла, глядя на них.
— Марта, ты где там? — нетерпеливый тон ректора вывел меня из оцепенения.
Пребывая в панике, я тут же закрыла шкатулку и отбросила в конец ящика, а потом задвинула и его.
— Не могу отыскать, — крикнула я, а сердце бешено колотилось.
— Я же сказал, в нижнем ящике комода. Ты вообще там смотришь?
Комода! Оглядев еще раз комнату, я увидела у двери небольшой комод. Сначала даже не подумала о нем и не приметила. Я быстро подползла к нему, стараясь не скрипеть половицами, открыла и тут же увидела аптечку. Взяла сразу пачку ватных дисков и пробирку и резко выбежала из комнаты.
Артур выхватил у меня пробирку, ведь требовалось ее скорее заполнить, набрал необходимое для исследований количество крови и смерил меня подозревающим взглядом.
— Ты открывала два ящика, — обвиняюще бросил он.
— Я забыла, что нужно в нижнем смотреть и полезла в верхний, — на ходу отмахнулась я.
— Студентов вечно только за смертью посылать, — произнес Альгерон, продолжая недоверчиво смотреть на меня, что аж сердце в пятки ушло.
Я ждала, пока Артур закончит свое дело. Много мыслей крутилось в голове, будто кусочки пазла, которые никак не могли собраться в единую картину. По кругу повторялись зацепки.
Ритуал. Ссора. Взгляд. Смерть. Сережки.
Так хотелось спросить напрямую обо всем, но не хватало смелости. В горле встал ком, мешая даже вздохнуть полной грудью. В комнате будто закончился весь воздух, становилось дурно, голова кружилась, а кровь била в висках.
— Марта, с тобой все в порядке? — побеспокоился Артур, заметив мое учащенное дыхание.
Итан хоть и не видел меня, тревожно повернул голову в мою сторону. Нужно было точно как-то подвести к разговору. Сейчас или никогда.
— Да, все в порядке. Я просто представила, как проводится ритуал, и мне стало немного не по себе.
— Это явно не то, что вам следует представлять, — серьезно произнес Альгерон.
— Скажите, а вы видели что-то подобное? Кто-нибудь еще проделывал это?
Альгерон снова покосился на меня.
— Кажется, ваши друзья уже спрашивали об этом. И я отвечал, что знаю лишь в теории о том, как проводится ритуал. Соответственно, видеть я этого никак не мог, а о других не имею понятия.
— Да, я помню. Понимаете, я очень внимательна к вашим словам.
Заинтригованный моей фразой, ректор продолжал пристально глядеть мне в глаза, а потом ухмыльнулся.
— Похвально, не все студенты могут похвастаться тем же самым.
Отчего-то я ощутила себя беззащитным маленьким существом, опустила взгляд, но тут же опомнилась и одернула себя. Я должна быть уверена в своих словах, только так можно что-то узнать. Справившись с внутренней борьбой, я все же подняла глаза на Альгерона, и это придало мне смелости. Пути назад нет.
— Именно поэтому я запомнила вашу фразу, которую вы озвучили Итану. «Я не ожидал, что тебя это тоже коснется» — именно так вы сказали. Что вы имели в виду, говоря «тоже»? Кого еще это коснулось?
В воздухе витало напряжение. Краем глаза я уловила, как Альгерон крепко вжался руками в ручки кресла, при этом пытаясь сохранить самообладание. Он будто вспоминал свои же слова и, осознав ошибку, слегка подернул бровями, выражая беспокойство, которое тут же испарилось.
— Возможно, на эмоциях я неправильно выразился, — невозмутимо сказал ректор, — я имел в виду, что не ожидал, что отец Итана воспользуется своим сыном. Я думал, безумные исследования Чейза никому не причинят вреда, кроме как ему самому. Однако, Итан тоже пострадал.