— Как тебе?
— Договорились, — я кивнул и окно закрылось, уйдя в программный код Лоры. — Выдели все подобные случаи в отдельный лог для последующего детального разбора.
— Сделано, — улыбнулась она.
Я щелкнул пальцами и красный круг вокруг ее стула пропал.
— Пойми, я не злюсь на тебя. Я испугался. Потерять контроль над собой — страшно. Потерять тебя — еще хуже.
Она встала со стула и подошла ко мне вплотную.
— Миша, я твой помощник. Я чувствую твой пульс, знаю, когда тебе холодно. Когда ты устал или хочешь есть. В нашей связке ты главный.
— Помни об этом. Давай для начала быстрый тест с симуляцией. Сейчас снаружи время почти не движется, так что время есть. После прогона я снимаю остаточные ограничения.
Она поцеловала меня в щеку.
— Поняла. И… спасибо, что поговорил, а не просто нажал на «удалить». Я ценю твою заботу и любовь.
Я же улыбнулся.
— Родных не удаляют. Они учатся доверять заново. Да и ты сама прекрасно знаешь, что без тебя я уже не смогу жить, — я прокашлялся. — Начинаем прогон симуляции.
Лора громко вздыхает, словно мои слова придали ей жизни.
— Я готова!
Мы потратили еще несколько минут на то, чтобы смоделировать и протестировать новые условия, после чего я открыл глаза в реальном мире.
Взрослые по-прежнему были без сознания. А вот дети с нечеловеческим ревом пытались прорваться сквозь купол защиты, которым я их накрыл. Наверное, они думали, что так смогут причинить себе вред, но нет. Для простых людей это то же самое, что бить очень плотный кисель.
— В очередной раз убеждаюсь, что с этими божествами не стоит церемониться, — зарычала Лора.
— Полностью тебя поддерживаю, не осуждаю и не порицаю, — согласился я. — Ну что, по одному?
— Ага.
Около получаса мы потратили на то, чтобы из каждого ребенка достать эту заразу. Лора проводила новые методы, и с каждой новой попыткой у нее получалось это все быстрее и быстрее.
А потом ушло еще тридцать минут на то, чтобы сделать все то же самое со взрослыми. Когда они пришли в себя, то я понял одну вещь. Все воспоминания у них сохранились. И те, кого мы с Лорой спасали с крыши, были их дети.
— Сонечка! Прости, пожалуйста! Я не ведала, что творю! — рыдала женщина, прижимая ребенка к груди.
— Нормально, мам, — вздохнула девочка. — Я тоже сошла с ума.
Затем они начали благодарить меня, уповая на то, что если бы меня не было, могло произойти все, что угодно.
Честно признаться, было приятно получать благодарность за спасение не только их жизней, но и жизни детей.
Но все же дело омрачал факт того, что мерзавец граф Верник не успел выступить с опровержением, и теперь его телекомпания лежит в руинах. Как удачно на нее напала группа монстров, и опять же удачно, что рядом был отряд магов-истребителей.
Вот только эта удача повернулась лицом ко всем, кроме меня! Получается, что я съездил впустую.
— Почему это? — фыркнула Лора. — Мы спасли столько людей!
— Это само собой, — согласился я. — Но источник мы не смогли разрушить… А постоянно бороться с последствиями, это тяжело.
И когда мы пошли к машине, я почувствовал какое-то неспокойствие во внутреннем хранилище.
— Что такое? — удивился я.
— Странно, — произнесла Лора. — Я не чувствую Валеру.
Я проверил самостоятельно. Действительно, его присутствия не чувствовалось… Точнее, его физической оболочки.
Ментально он был во внутреннем хранилище, но очень сильно сбоил.
И что еще страннее, у меня имелся доступ к последним визуальным данным тела Валеры.
Передо мной стоял Петр Первый, что уже вызвало во мне беспокойство — это явно не просто так. Затем он попытался задеть Валеру какой-то пирамидкой, а после его засосало.
— Валера! — приложив усилия, я попытался связаться с ним.
— Чего орешь? — его голос звучал так, будто он говорил со мной через подушку.
— С тобой все в порядке?
— Относительно, конечно, — он явно был недоволен. — Меня заточили в какой-то странный артефакт…
— И? — удивился я.
— Что «и»? Что ты хочешь от меня услышать⁈ Пока, все что я испытываю, это невероятное разочарование и досаду из-за того, что я до сих пор не вернул себе все силы! Раньше никакие заклинания на меня не действовали. А теперь…
— Что сказал Петр?
— Сказал, что только он может меня выпустить, а он этого не сделает, — усмехнулся Валера.
— И что смешного? — удивился я.
В ответ я услышал грустный вздох, как если бы родитель разочаровался в своем ребенке.
— Он забыл с кем имеет дело. Я Чал Конерук Сиреневый!
— А-а-а, — мой вздох был примерно таким же, как у него. — А я-то уж подумал…
— Но, признаю, мне понадобится твоя помощь, — замялся он. — Петр не знает, что у тебя бесконечное хранилище. А я знаю, как выбраться. Надо просто очень-очень много энергии. И благо, у тебя есть все шансы накопить ее. А дальше я уж сам.
— Ты можешь сказать, где ты сейчас находишься?
— В душе не знаю, — ответил он.
Удивительно, что даже во внутреннем хранилище я не видел его тела. Только голос, и получалось, что я говорю, в прямом смысле, с небесами.
— Но мне кажется, я могу быть еще на территории особняка.
— Вот оно как? — я уже мчался в машине к особняку. — Что ж, тогда мне ничего не остается, кроме как начать накапливать энергию?
