Я покосился на шипящего парня по соседству. Кажется, это был тот самый паренёк азиатской внешности, с которым я столкнулся в туалете. Сейчас он зверем вцепился в мышку и изо всех сил отстреливался персонажем в какой-то игре. Судя по звукам, получалось у него не очень.
Впрочем, было глупо жаловаться на такие вещи в компьютерном клубе.
Я сцепил зубы и выдохнул. Вернёмся к Крейнам.
Пропавшая неделю назад Герда Крейн. Здесь, на общем фото, ей было ещё лет двенадцать-тринадцать, но сейчас должно быть не меньше семнадцати. Как и её брату, убитому мной вчера. Я мог бы задуматься, через какое время после моей «смерти» Анна вышла за Крейна… Но лучше было сосредоточиться на чём-то другом.
Герда, Герда, Герда… и куда же ты делась? Майкл не казался мне человеком, дочь которого может просто взять и исчезнуть без следа. Если бы он не был уверен в том, что дочь ещё жива, то девушку бы объявили мёртвой, чтобы не давать желтой прессе поводов порочить её память нелепыми теориями и громкими заявлениями.
А если Герда ещё жива… значит, в моем арсенале прибавилось возможностей ткнуть Крейна в больное место.
Я нервно сглотнул; в горле встал твёрдый ком. Всё ещё ждешь, пока дочурка вернется домой, а, Майкл?
Ещё несколько минут в поисковике ответили на мой вопрос. И хотя эти факты не подавались как связанные между собой, примерно в то же время, когда девушка пропала, Крейн начал активно спонсировать местную Ассоциацию Плутающих. В частности — экспедиционные группы, направляющиеся подальше в Туман, на, цитата, «неразведанные» территории.
Сложить два и два было несложно. Да правда особо и не скрывалась — так, просто о ней не кричали на каждом углу, вот и всё. Видимо, у Майкла есть весомые причины полагать, что она именно там.
***
Возвращаться в особняк не имело смысла. Воспоминания воспоминаниями, а спать лучше не на холодном полу, и сегодняшней ночью у меня была альтернатива — спальная ячейка здесь же, в клубе, крохотная, зато тёплая, закрытая и не просто дешёвая, а поистине копеечная. Видимо, население нижних этажей… действительно не жировало.
Последнее, что я сделал перед тем, как уйти от компьютера — это, добравшись до сайта Ассоциации Плутающих, нашел адрес ближайшего к моему дому отделения.
Что ж — я уже знаю, что буду делать завтра.
В воздухе стоял терпкий запах сирени, от которого каждые несколько десятков метров хотелось чихнуть. Увы, прикрыть нос рукой я не мог… всё же с неё до сих пор капала свежая кровь, а я совсем не хотел испачкаться.
Кажется, мой спутник сейчас страдал от той же проблемы. Даром, что на всём его теле вместо крови черная сажа… разница не столь велика, если подумать. Ещё и этот обломок меча, который он зачем-то потащил с собой…
- У нас не было ни шанса победить, так? — идущий рядом посмотрел на меня исподлобья.
Я вздохнул. Ну, как сказать.
Группу героев, которых я завербовал для свержения тёмного властелина, про себя я оптимистично нарекал “Отрядом Самоубийц”… что, в общем-то, было нарицательным.
Ну, во всяком случае, какой-то шанс выжить у них всё же имелся.
В конце концов, к моменту моей 256-й попытки убить Виссариона приходилось думать креативно. Я был практически уверен, что никому до меня не приходило в голову организовать братство из “лучших героев этого мира” и наплести им чуши про вселенскую угрозу, которую несет за собой архимаг. Дальше дело оставалось за малым — напасть на его башню.
— Люк, — я остановился и посмотрел на парня серьезным взглядом. — Нет смысла бросать вызов самой смерти, если ты не готов её принять. Члены нашего отряда мертвы и их война закончилась. Но мы — живы. И наша война продолжается. У нас нет времени горевать, пока он — жив.
Люк замолчал и уставился себе под ноги, обдумывая сказанное мной. Мы продолжили идти по весенней долине.
Всё-таки он действительно избранный.
Парень попал в довольно неприятную ситуацию, оставшись последним выжившим из группы, не считая меня. Ну… это если под неприятной ситуацией мы подразумеваем падение с двадцатиметровой высоты прямо на кузницу, где его уже поджидала дюжина головорезов Виссариона.
Любой другой бы умер ещё в полете, однако Люку повезло. Ему всегда везло.
Парень угодил на непонятно кем оставленный на крыше стог сена, проломил крышу и грохнулся прямо на мой склад зачарованного снаряжения. Он схватился за первый попавшийся меч… который, разумеется, оказался обломком “Клинка убийцы Богов”, и правда способного убить Бога, но увы, не Виссариона. Так что он у меня пылился среди прочих легендарных артефактов вроде скоростных ботинков и кирас неуязвимости. Стоит ли говорить, что меч позволял даже неумелому фехтовальщику на равных соревноваться с лучшими мечниками страны, и Люк в считанные минуты порубил всех прихвостней Виссариона, в процессе лишь измазавшись сажей.
Мне всегда было интересно, что произойдёт, если парень поймет, что фортуна… любит его больше остальных, и начнёт этим пользоваться. Благо, он был не самым смышлёным, а потому пока волноваться об этом не приходилось.
