Именно в этот момент свершилось третье явление этой ночи. Двери трактира распахнулись, и на пороге возникла фигура, тоже знакомая Кай Сингу. Такое не забудешь – уж слишком экзотическая внешность была у этого человека.
Второй раз он видел его, но так и не мог определить – мужчина перед ним, или же всё-таки женщина.
Впрочем, Кай Синг почти не удивился, когда фигура тоже направилась к столу, где уже сидели двое.
– Ральф, – раздался тягучий, немного манерный голос. – Наконец-то… а это кто?
– Йоко! – мужчина резко отодвинулся от стола. – Фух!.. Ты в порядке? А…
– Погоди с вопросами, – рука нового действующего лица описала окружность и ткнула в девушку, что тоже чуть удивлённо смотрела на него. – Это – кто?
– Это? – мужчина тут же чуть подобрался. – …собутыльница.
– Ты чем тут занимаешься, пока меня там чуть в фарш не превратили? – в голосе Йоко звучало подозрение.
– В фарш… – Ральф поморгал. – Ладно, ладно. А где остальные? Эмбер и… – он запнулся на секунду, – мастер Мун?
– Мастер Мун? – а вот теперь в этом голосе звучало изумление. – Кто, нахрен, такой этот мастер Мун?
– Ты знаешь, о ком я говорю, – с нажимом повторил Ральф.
– Он говорит о моём учителе, – вздохнула Юнджи. – Но называет его именем, известным мне, чтобы случайно не выдать настоящее. Ральф, мы же договорились… я не задаю лишних вопросов, а ты не считаешь меня идиоткой.
Ральф поднял руки.
– Ладно, мелкая. Уела, здесь возразить нечего.
– Так вы про Готфрида, – голова Йоко изобразила нечто вроде кивка, только какого-то странного. Ральф скривился.
– Йоко, а вот обязательно было…
– Что? Она же и так сообразила всё!
– Но имени она не знала, – возразил Ральф, махнув рукой. – До сих пор, поздравляю.
– Ой! – фигура неопределённого пола закатила глаза. – Тоже мне, великий секрет! Имя, неизвестное здесь никому, и принадлежащее человеку, который, скорее всего, уже покойник…
– Что?
– Что?
Ральф и Юнджи чуть не вскочили, вытаращившись на Йоко во все глаза. Плечи Йоко дёрнулись.
– А что? Кому-то нужно было там остаться. И, кстати – спасибо за помощь, но у меня получилось выбраться самостоятельно. И Эмбер тоже могла бы быть сейчас здесь, если бы не решила поиграть в благородство в последний момент.
– А у тебя хватило ума бросить их там? – ледяным тоном уточнил Ральф.
– Ральфи, зайка, это же попросту нелогично! – смех Йоко был странным и нервным. – Вы прётесь туда, чтобы спасти меня, а потом мне же нужно пожертвовать собой, чтобы вы – спасители – могли оттуда убраться.
В помещении повисло тяжёлое молчание.
– Ну, это же элементарная логика… – предложение оборвалось на середине; до Йоко дошло, что иногда лучше заткнуться и не усугублять.
– Не знаю, куда они там забрались, – протянула Юнджи, – но мастер М… Учитель – не тот, кого так легко прикончить. После того, что он вытворял сегодня днём на арене…
– …нет, правда, Ральф, а что ты предлагаешь? – существование девушки словно игнорировалось Йоко в этот момент. – Отправляться обратно?
Ральф помотал головой.
– Я уже ничего не предлагаю, я просто… потерялся во всех этих мыслях. Ты со своей логикой, которую не оспоришь, Эмбер с благородством по отношению к человеку, который несколько раз её обманывал и подставлял, и Готфрид, который то ли чокнутый, то ли гений и на всё имеет по несколько планов, но безумных, как и…
– Я прошу прощения, – раздался голос из другого угла трактира «Перепутье».
Кай Синг вздрогнул. Казалось, и он, и все остальные, кто был тут, уже забыли об этой троице ночных гостей, что сидела здесь, говоря о своём.
– А? – выдохнул Ральф, обернувшись на говорящего.
– Прошу прощения, – с улыбкой повторил тот, вставая и распрямляясь во весь свой колоссальный, трёхметровый рост, – мне показалось, или вы сказали «Готфрид»?
Все молчали, моргая глазами – и Ральф с Йоко, и Юнджи, и двое спутников этого великана – узкоглазый старик в очках и крепкий мужчина с лёгкой проседью.
– Полагаю, – заметил великан, пригибаясь и подходя ближе, – вы всё-таки о нём. Об Артуре Готфриде. Моём ученике. Как всё-таки удивительно судьба умеет сводить людей на перепутье.
– А вы… – брови Йоко танцевали странный танец сомнения и подозрения, – ещё кто такой?
– Учитель, – добродушно улыбнулся великан. – Учитель Артура Готфрида.
– О! – Юнджи округлила глаза. – Так это о вас он… рассказывал? Это правда, что вы давали ему задание убить себя?
Все присутствующие обменялись взглядами.
– Чистая правда, – подтвердил великан, подходя ещё ближе.
– И чем кончилось? – уточнил Ральф – скорее для того, чтобы сказать хоть что-нибудь, чем ради самого вопроса.
Великан хмыкнул.
– Однажды у него получилось.
– Виссарион, – криво усмехнулся великан. – Меня зовут Виссарион. И куда бы вы ни направлялись – вы пришли по верному адресу.
Широ Ханагава поморгал. Происходящее и до того отдавало дешёвым фентези-романчиком, а сейчас и вовсе стало напоминать артхаус с налётом балагана. Виссарион? Это имя ничего ему не говорило, но звучало так весомо, будто должно было, и…
Стоп. А ведь и правда – говорило.
