Люба (3 года) наступила ботинком на мое платье (я сидела на скамейке на кухне, а она топталась рядышком) и сама сообщила мне об этом:
– Я наступила тебе на платье…
– Ну, Любашенька, зачем же на платье, на скамеечку можно, а на платье…
– Нельзя! А куда еще можно?
– На пол… (А что, если спросить у самой Любы?) А на дорожку можно?
– Можно! – Любашка сразу приняла игру.
– А на стол? – Нельзя!
– А на травку? – Можно!
– А на книжку? – Нельзя!
– А на бумагу? – Нельзя!
– А на кроватку? – Нельзя!
– А на порожек? – Можно!
– А на песочек? – Нельзя!
– Почему же нельзя? На песочек можно.
– Нет, когда он мокрый, ботиночки грязные будут, а на сухой – можно! А на мокрый – нельзя!
Комментарий 1983 года. Как приятны бывают такие неожиданные, нестандартные ответы. Подобные игры и мы, и ребята придумывали часто, малыши их очень любили. Они и для нас, взрослых, были нужны – мы постигали логику детей, учились прислушиваться к их мнению, а не подгонять его «под ответ», которого от них ждут. Иногда я нарочно запутывала ход рассуждений каким-нибудь каверзным вопросом. Задала и на этот раз:
– А на облако можно наступить?
«Нет, оно высоко» – такого ответа я жду. А Любочка вдруг отвечает:
– Нет, оно беленькое, чистенькое, хорошенькое!
21.06.1963 года
– Как хорошо – солнышко! – радуюсь я.
Малыши смотрят на небо, и вдруг Алеша говорит:
– Мам, смотри: облака солнышко по небу разносят!
Я взглянула на небо и изумилась образности его видения: по небу плыли редкие облачка, и у каждого ярко розовел от утреннего солнца бок – словно кусочек солнца, солнечного света несли облака. Действительно, по всему небу разносили!
И мне не хочется возражать Алеше, говорить, что это просто освещены края облаков, – слишком поэтичен созданный им образ! А сам при этом такой задумчивый…»
Комментарий 1983 года. Как сохранить такое свежее восприятие мира, когда человек каждый раз как бы заново видит то, что делается вокруг него, не привыкает к этому, не становится поэтому равнодушным?
Ответить на этот вопрос мне так и не удалось, но то, что я задала его себе, уже было моей победой – я училась относиться бережнее и внимательнее к детскому образному мышлению, к самостоятельным усилиям ребенка в постижении мира.
<p>Как дети учат</p>05.04.1964 года
Оле 1 год 8 месяцев. Вот уже два-три дня Оля на наши просьбы отвечает невозмутимо: «Ся-ас (сейчас)…» – и обязательно медлит, не делает сразу. Только спустя некоторое время я догадалась, что она точно копирует нас с папой. Слишком часто мы говорим:
– Сейчас, подожди немножко.
– Сейчас принесу…
– Сейчас приду, минуточку…
И вот результат. Надо посмотреть, как Ольгутка говорит свое «ся-ас» и нарочно медлит!
Придется отучиваться папе с мамой от своего возмутительного «сейчас».
25.10.1963 года
Когда Алеша был маленьким, папа мог давать ему такие уроки. Несет папа полные ведра с водой, а Алеша стоит на пороге в коридоре.
– Пусти меня, Алеша!
