Быть может, кто-то скажет, что «ничего не случилось», что «все обошлось». Да, вероятно так и есть. Все было бы намного хуже, если бы Рика не отвлек Томас – тощий мальчуган, которого я спас накануне. Интересно вышло, правда? Сначала я спас его, затем он – мою жену, а значит, и меня тоже. Бумеранг добра, так это называется? После рассказа Вари я поехал к Бруно на следующий же день, застал его в весьма ничтожном состоянии и попросил позвать Томаса. Парня дома не было, и Бруно, не понимая, на что мне сдался его брат, отправил меня на пляж. Именно там я нашел спасителя Вари. Он сидел на песке, один, вокруг не было ни души. Он смотрел вдаль и, кажется, не слышал ничего, кроме шума прибоя. Иначе как объяснить то, что Томас заметил меня лишь тогда, когда я подошел и коснулся рукой его плеча. Обернувшись и взглянув на меня, Колманн слегка улыбнулся и молча пригласил меня сесть рядом с ним. Я с удовольствием принял его предложение. Было хорошо, спокойно. Я закрыл глаза и отключился от внешнего мира. Я ощущал лишь легкий ветерок, слышал только звуки моря, вдыхал запах свежести, запах счастья. Не знаю, сколько мы так просидели: минуту, две, час… Спустя время я открыл глаза и взглянул на Томаса. Никогда, никогда в своей жизни я не видел в выражении лица человека такого умиротворения, такого единения с природой. Мне стало совестно, что я могу потревожить его, вывести из того состояния, в котором он прибывал. Однако я рискнул. Наш диалог шел на английском, но я, будучи уверенным в том, что эти мемуары прочитают люди русские, перевожу его на свой родной язык:
–Томас, я пришел поблагодарить тебя. От чистого сердца. Ты помог Варе, очень помог. Да нет, ты спас ее. Да, спас, именно так. Может, я могу сделать для тебя что-нибудь?
Молодой человек выждал паузу и ответил тихим, спокойным голосом:
–Вы уже сделали, разве нет?
Я тут же вспомнил несчастный случай у бассейна и смутился. Я действительно не считал свой поступок особенным и уж тем более геройским. Помолчав несколько минут, я произнес:
–Я не думаю, что моя помощь сопоставима с твоей, Томас. Я делал то, что должен был.
–Я тоже.
Эти слова прозвучали так уверенно, по-своему величаво, что я вовсе растерялся. Не знал, что сказать, и спросил то, что меня интересовало:
–Как вышло, что ты оказался у каюты Рика в тот самый момент?
Томас сидел с закрытыми глазами, и на секунду мне показалось, что он спит. Однако вскоре молодой человек заговорил:
–Я знаю Рика слишком хорошо. Лучше, чем Бруно и лучше, чем вы, Евгений. Вы можете подумать, что я сумасшедший, но я вижу людей изнутри. Не знаю, как лучше объяснить вам, но думаю, все ясно итак. Когда я смотрю на Рика, то не вижу ничего. Совершенно. Передо мной лишь очертание человека, лишь его тень. Внутри совсем пусто. Однако я чувствую его душу, его мысли. Именно чувствую, а не слышу. И я знаю, на что он способен. А способен он на все. Я следил за вашей компанией весь вечер. Заметив, как Рик смотрит на вашу жену, я тотчас же все осознал. И тотчас же решил не допустить того, чего допустить было нельзя. Когда Варвара и те две девушки направились прочь от бассейнов, я пошел за ними. И видел все, что творилось у двери каюты. Все, абсолютно все. Спрятавшись, чтобы меня не заметили, за стеной и, дождавшись, когда дамы уйдут, я подошел к двери с цифрой «5» и постучал в нее. Рик открыл и увидел меня. Я сказал ему, что Бруно ждет его, и конечно, он не поверил. Он замолчал, он понял, что я все знаю, понял, что я просто так не уйду. Предвещая ваши вопросы, почему же Рик не выгнал меня и не захлопнул передо мной дверь или почему не ударил меня, не убил, отвечаю: этот человек не глуп. Он умен, а потому еще более страшен. Зло в сочетании с интеллектом – убийственная штука. Зло в сочетании с глупостью – пустяк. Рик знал, что я все расскажу Бруно, и знал, что мой брат поверит мне. Да, Бруно не любит меня или даже ненавидит, но доверяет. И я это ценю.
Я вижу, Евгений, удивление и смятение в ваших глазах, знаю, что вас напрягает. Вы правы: Рику все равно на чужое мнение. Он никого не боится: ни закона, ни Бруно, ни тем более нас с вами. Но несмотря на то, что он монстр, чудовище, Зло, он все же человек. Не с большой буквы, но все же человек. Как и все мы, он нуждается в любви, в самой настоящей дружбе. Мой брат – единственный, кто действительно любит Рика, кто считает его своим другом. Мой брат видит все то, что творит его товарищ, но он все равно остается с ним. И Рик это ценит. Нет, он не любит Бруно, потому что не знает, как это делать, но он уважает его и дорожит им. Именно поэтому, Рик, зная, что мне доверяют, сдался и вышел из каюты. Он не был готов потерять единственного человека, который действительно любит его. А кто ж готов? Никто, не правда ли?»
