Сначала свою жизненную историю поведала девушка, недавно окончившая Московский историко-археологический институт и попавшая в экспедицию Витюши Костина по распределению. Это был её первый самостоятельный «профессиональный» выезд на раскопки.
Затем настал черёд Дмитрия. Время текло незаметно, два часа пролетели как один миг. Оба не скрывали своего интереса друг к другу, и Дмитрий вскоре понял, что встретил ту, которую ждал много лет.
В два часа ночи они сменили Пашу и Славика и, не сговариваясь, обошли городище, постояли у кургана, освещая фонарём устье свежего тоннеля в его склоне. Вернулись к костру, делясь впечатлениями о находках на раскопе. Поцеловались они как-то совершенно случайно, когда шутливо отпихивали друг друга от нагретого камня, где сидели до них первые сторожа. Наверное, Дмитрий мог бы пойти и дальше, возбуждённый и разгорячённый близостью с красивой и податливой девушкой, но не рискнул испытать разочарование, боясь обидеть её. Да и нужны ему были не флирт ради флирта, не короткая, ни к чему не обязывающая вспышка страсти, а нечто большее, что связало бы их на всю жизнь. Хотя об этом в данный момент он тоже не думал, просто чувствовал грань, которую переступать был не вправе.
Они целовались бы, наверное, долго, если бы не отрезвившее Дмитрия острое чувство тревоги. Словно невидимая птица спикировала вдруг из тучи ему на голову и клюнула в спину. Он оторвался от Кати, замер, сжимая её в объятиях и прислушиваясь к ночной тишине.
– Ты что? – не поняла девушка.
– Тихо! – выговорил он ей на ухо одними губами. – Кто-то смотрит на нас… не шевелись… делай вид, что ничего не происходит…
– Я и в самом деле ничего…
– Молчи… через минуту я пойду к раскопу, а ты останешься… подбросишь веток… потом спустишься в лагерь и разбудишь Витюшу… э-э, Виктора Фомича… В случае чего – стреляй из карабина, вот он лежит.
– Поняла… но лучше я пойду с…
– Делай, как я сказал!
– Хорошо, – уступила девушка.
Дмитрий легонько поцеловал её в губы, отодвинул и громко произнёс:
– Посиди, я ещё дровишек принесу и бутылку вина, у меня есть в загашнике.
Нарочито гремя камнями, он спустился вниз, но к лагерю не пошёл, метнулся к реке, обходя холм, и поднялся на него с другой стороны, переходя в боевое трансовое состояние.
Он не ошибся со своими предположениями. Городище снова навестили непрошеные гости. Возможно, это были те самые «гробокопатели», что потревожили сон археологов прошлой ночью. Они бесшумно подкрались к кургану в центре городища и спустились в тоннель, прорытый археологами. Сколько их было всего, Дмитрий не знал, но оценил по напряжению ментального поля – человека три-четыре. И один из них снова играл роль часового. Он прятался за валом земли и смотрел на костёр, возле которого сиротливо сидела Катя.
«Ну, блин, шакалы, я вам покажу кузькину мать! – поклялся в душе Дмитрий. – Навек закаетесь древние могилы грабить!»
Превратившись в тень, он за несколько мгновений переместился к сторожу банды и, несмотря на то, что тот в последний момент учуял опасность и оглянулся, одним ударом в лоб отправил его в глубокое беспамятство.
Вопреки ожиданиям мужик оказался не монахом, а… милиционером в форме, с погонами сержанта. Каким образом гробокопателям удалось переманить его на свою сторону, было непонятно. Хотя скорее всего здесь, как и во всех подобных случаях, главную роль играли деньги. Стражи правопорядка не брезговали никаким заработком.
Сержант был вооружён штатным «макаровым» и тесаком наподобие того, что Дмитрий добыл в бою с монахом в квартире Витюши. Вынув обойму, Дмитрий выбросил её в кусты, вложил пистолет в руку владельца и в прежнем темпе вернулся к кургану.
Его не ждали.
Троица, возможно, та же, что посетила городище прошлой ночью, продолжала увлечённо возиться в раскопе, вынося наружу камни и блоки; очевидно, грабители могил уже разобрали часть стены купола. Подождав, когда из тоннеля покажется очередной «археолог», Дмитрий свалился ему как снег на голову и особым приёмом зажал шею. Подёргавшись немного, «археолог» потерял сознание. Не теряя ни секунды, Дмитрий шмыгнул в отверстие тоннеля, освещённое где-то в глубине рассеянным светом фонаря, и встретил ещё одного «археолога», волокущего полуметровый блок с отбитым краем. Он был одет в пятнистый комбинезон и вязаную шапочку, натянутую на уши. Увидев перед собой Храброва, «археолог» не сразу сообразил, кто перед ним, и Дмитрий воспользовался секундной нерасторопностью копателя. Прыгнув ему навстречу, он ударом в подбородок отбросил парня назад. «Археолог» опрокинулся на спину, роняя тяжёлый блок себе же на ногу. Раздался тихий вскрик, и всё стихло.
– Что там у вас? – прошипел, оборачиваясь, четвёртый член шайки, который вынимал блоки из стены купола. Он тоже был одет в камуфляж-комбинезон, разве что на голове носил не вязаную шапочку, а танковый шлем.
В стене, освещённой фонарём, виднелось метровой ширины отверстие. Грабителям оставалось чуть расширить проход, чтобы войти в святилище под курганом.
– Привет, – вежливо проговорил Дмитрий. – Вас разве не учили в школе, что воровать нельзя?
