– Хорошо, я останусь. Но ты обязательно позвони! Что мне милиции сказать?
– Так и скажи: напали бандиты в чёрных кожаных куртках, что хотели, неизвестно, мы с Олегом подоспели вовремя, они убежали.
– Пора! – бросил Олег, чувствуя нарастающую тревогу.
Вокруг дома сгущались некие отрицательные потенциалы, указывающие на приближение реальной угрозы. И носителями этой угрозы были уже не странные бандиты в куртках, похожие на водителя «Волги». Угроза исходила от других сил, нацеленных на получение мечей любой ценой.
Видимо, это почувствовал и Дмитрий. Он покосился на Северцева, быстро поцеловал Катю в щёку, подхватил сумку, шагнул к двери. Но остановился, склонив голову к плечу.
Снизу, с первого этажа, донёсся необычный звук – скрип ножа по стеклу. Смолк. Наступившая следом тишина показалась оглушающей.
Дмитрий глянул на приятеля.
– Это они!
– Кто?
– Монахи… я чую…
– Пробъёмся?
– Не знаю… их много… а тут женщины…
– Быстро звоните в милицию! – подтолкнул соседей к двери Северцев, захлопнул дверь. – Может, через балкон?
– Они не дураки… будут стеречь внизу… и я не могу бросить их одних. – Дмитрий кивнул на хозяйку квартиры и её дочь.
– Тогда у нас остаётся только один вариант. – Северцев вынул из пистолета магазин, пересчитал патроны, вставил обратно. – Схлестнёмся с ними вне квартиры, на лестнице.
– Давай, – улыбнулся Храбров и вытащил из сумки длинный матерчатый свёрток.
Их встретили на лестничной площадке второго этажа.
Два монаха, постарше и помоложе, уже знакомые Северцеву, и два крутоплечих качка в кожаных – несмотря на летнюю жару – куртках и чёрных рубахах. На лице одного из них алела свежая царапина, и Северцев вспомнил его: это был командир группы, пытавшейся захватить Дмитрия.
Монахи прятали руки в складках ряс, коротко стриженные молодчики демонстративно держали правые руки под бортами курток.
– Вот спасибо, Олег Васильевич, – сказал черноволосый монах с протезом как ни в чём не бывало, – за хлопоты и содействие. Никак уговорили дружка вернуть не ему принадлежащее?
Дмитрий бросил на Северцева косой взгляд.
– Они мне посулили миллион «зелёных», – хладнокровно сказал Олег, оценивая противника. – За то, чтобы ты продал им мечи. Тебе они тоже пообещали кругленькую сумму – аж целых три миллиона.
– Неплохо, – усмехнулся Храбров. – До конца жизни можно прожить, ежели с умом тратить такие деньги.
– Собственно, нам нужен только один меч, – продолжал монах, в глазах которого разгорался и гас огонёк жестокого фанатизма. – Но мы и оба готовы купить. Шесть миллионов вас устроит?
– Прочь с дороги!
– Значит, мало. Назовите свою цену.
– Прочь с дороги, мерзавец! – проговорил Дмитрий. – Ты же знаешь, что мечи я не отдам ни за какие деньги! Тебе мало одной руки? Хочешь потерять и вторую? Или голову?
– Ах, Дмитрий Олегович, Дмитрий Олегович, голуба моя, – покачал головой монах, ничуть не смутившись, – вы так и не поняли, с кем связались. У вас нет выхода! Мы везде вас отыщем, рано или поздно, и никто вам не поможет. Мало того, вы рискуете не только собой, но и девицей своею, и родичами. Неужто беду на них накликать хотите?
Дмитрий потемнел, сделал шаг вперёд.
Молодцы в кожаных куртках дружно выдернули из-под мышек пистолеты. Северцев в свою очередь направил ствол «Вальтера» на монахов.
– Тронешь её хоть пальцем!.. – прошипел Храбров.
Монах поморщился, презрительно скривил губы.
– Да будет вам, Дмитрий Олегович! Не опускайтесь до стандартных угроз, которые действуют разве что на обывателей, жующих жвачку телесериалов. Вы же серьёзный человек и должны понимать, что мы ни перед чем не остановимся. К тому же вы один, а нас много.
– Ошибаетесь, он не один, – сквозь зубы процедил Северцев, настраиваясь на сверхскоростное движение. – И у нас немало друзей.
– Я считал, что вы с нами, Олег Васильевич. А если мы предложим вам больше? Скажем, десять миллионов американских рублей? Вас это устроит?
– Я не Атос, – усмехнулся Северцев, – но оцениваю предложение, как и он. Для простого путешественника это очень много, а для человека духа, к каковым я себя отношу, очень мало. К тому же есть вещи, которые не продаются.
– Я таких вещей не знаю, – изогнул бровь монах.
– Ещё бы. Ведь это не мечи. Достоинство, к примеру. Честь. Совесть.
– Вы идеалист, Олег Васильевич.
– О да, – согласился Северцев. – В отличие от вас. Но несмотря на это обстоятельство, я не промахнусь. Прикажите своим холуям убрать оружие и убраться отсюда. Через минуту здесь будет милиция, которую мы вызвали в связи с разбойным нападением на квартиру нашей знакомой, так что не испытывайте терпение фортуны.
– Милиция? – презрительно скривил губы монах. – Разве она когда-нибудь кому-нибудь помогала в таких делах? К тому же мы мирные священнослужители, нас она не тронет. Итак, переговоры можно считать состоявшимися? Наши условия вам не подходят?
– Нет! – коротко ответил Храбров.
Монах внимательно посмотрел на его руку, которую Дмитрий держал под полой плаща.
– Меч с вами?
– Это не имеет значения.
В кармане одного из парней в кожане запиликал телефон. Он вытащил мобильник, поднёс к уху. Посмотрел на монаха.
