Северцев и сам чувствовал нарастающее тёмное давление на голову, закрадывающийся в душу страх, подспудное желание оглянуться, схватить оружие, куда-то бежать, кричать и драться, и он поспешил из зала вслед за переживающим те же эмоции Дмитрием.
В зале с мечами Героев стало легче, несмотря на амбивалентность семантики, запрятанной в глубинах смысла самого понятия
Северцев на сразу понял, что эти слова принадлежат не ему, а Хранителю, и не произнесены вслух, а переданы мысленно.
Взгляды их встретились.
Старец кивнул.
– Вам ещё многое надлежит понять, витязь, чтобы выйти на истинный Путь. Однако моё время истекло. Благодарю вас, други, за помощь и возвращение реликвий. Здесь они никому не причинят вреда.
– Но как же… – растерялся Дмитрий. – Мне говорили, что я должен взять меч и… защищать людей…
– Всему своё время, витязь. Ты тоже должен многое изведать, постичь, научиться отличать правду от лжи и человека от нелюдя. А пока ты не готов, судя по оставленному тобой следу. Берегись слуг Евхаристия и его самого. Он чёрный колдун, многому обучен. Хочу предупредить также, что твоему другу придётся сдать трудный экзамен. – Старец посмотрел на Северцева. – Помоги ему.
– Какой экзамен?
– Озвученные тексты судеб изменяют эти судьбы. Вы всё поймёте сами, когда придёт время. Идите, и да пребудет с вами благословение!
Старец поднял вверх палец.
Северцева и Дмитрия шатнула удивительная мягкая сила.
Сзади в стене возник проход.
Молодые люди, пробормотав слова прощания, вышли из пещеры с мечами в знакомый коридорчик. Оглянулись.
Зал и фигура старца в белом, показавшегося вдруг им великаном, исчезли в толще камня.
– Ущипни меня! – прошептал Северцев.
– Мы не спим, – негромко ответил Дмитрий. И Олег вдруг с некоторой долей зависти почувствовал превосходство друга: тот познал нечто, перевернувшее его отношение к миру. Опыт переживания чужих эмоций, опыт трансперсонального восприятия невидимых глазу сил.
– Спасибо тебе, – продолжал Храбров. – Один я бы, наверное, не справился.
– А я так до сих пор и не знаю толком, что происходит.
– Поедем к Кате, по дороге расскажу.
Они побрели к лифту, доставившему обоих в удивительный музей-хранилище мечей мира.
Из стены за их спинами выдвинулась белая фигура Хранителя. Взгляд его был печален. Он знал, какие бездны горя и боли предстоит перенести путешественникам, только-только прикоснувшимся к иному слою многомерной жизни Земли.
Мысль о свадьбе родилась не у неё – у него: Дмитрий вдруг понял, что не может прожить без Кати ни одного дня, поэтому не стал откладывать своё решение в долгий ящик и уже через несколько дней после развязки драмы с мечами предложил Кате руку и сердце.
Девушка приняла его предложение без колебаний. Прошедшие события сблизили молодых людей больше, чем сблизили бы годы размеренной жизни, а влечение обоих друг к другу переросло в чувство любви совершенно естественно, хотя о любви они не заговорили ни разу. Всё было понятно без слов, стоило только заглянуть в глаза друг другу.
Свадьбу решили сыграть первого сентября, в воскресенье.
Катя пригласила всех своих подруг, а также родственников, которых набралось у неё не так уж и мало, почти два десятка человек. У Храброва из родичей на свадьбе должны были присутствовать только родители и две бабушки, деды его давно умерли, и он практически их не помнил. А из друзей Дмитрий пригласил всего троих: Олега Северцева, Витюшу Костина и Антона Рыбина, с которым учился ещё в школе. Хотел было позвать Виталия Сундакова, друга и учителя Северцева, но тот уже убыл в очередную экспедицию, и найти его не удалось. На вопрос: куда именно отправился на этот раз знаменитый путешественник, жена Эля ответила, что Виталий давно мечтал посетить Гору Мертвецов на Северном Урале, окружённую легендами. Дмитрий посетовал, что он не знал о планах Виталия, иначе пошёл бы с ним, и на этом телефонный разговор с женой Сундакова закончился.
А Дмитрий подумал, что после всего пережитого он и в самом деле нуждается если не в отдыхе, то в очередном походе, который смог бы отвлечь его от мыслей о мечах и обо всём, что с ними связано.
Тридцатого августа Катя отправилась по магазинам искать новые туфли, – фату и подвенечное платье они уже купили, – а Дмитрий поехал в Институт археологии, к Витюше Костину, чтобы договориться о его участии в церемонии в качестве свидетеля со стороны жениха.
